Памятники Архитектуры Подмосковья

Форт Ино (Николаевский)

Форт Ино (Николаевский)Форт Ино (Николаевский) (Россия, Ленинградская область, Выборгский район, рядом с п. Песочное)

Это был последний день нашего пребывания в Санкт-Петербурге. С самого утра лил дождь, но мы не оставляли затеи побывать на форте Ино. Местонахождение форта довольно просто обнаружить, но не просто его исследовать. Особо отмечу, что вокруг Ино множество тайн и слухов, относительно безопасности пребывания на его территории. Кроме того, летом местность трудно проходима из-за густого подроста и сорных трав, поднимающихся до 1,5 метров в высоту. Учитывая сильный дождь, и два предыдущих обстоятельства мы не стали здесь надолго задерживаться. В будущем хотелось бы добраться до гавани форта и более внимательно осмотреть башенную батарею. От других объектов и сооружений почти ничего не осталось…
Когда я готовила эту страницу, то в основном опиралась на материалы книги Л.И. Амирханова и В.Ф. Ткаченко «Форты Кронштадта». И вот мне подарили прекрасно изданный и основательный труд (уже без соавтора) В.Ф. Ткаченко «Форт «Ино». Строительство. Служба. Уничтожение», содержащий множество схем и уникальных архивных снимков. Трагическая и малоизученная история «Николаевского» буквально ожила у меня перед глазами. 





Вот что пишет сам автор в предисловии: «Форт Ино... самый мощный форт крепости Кронштадт. Англичане называли его крепостью, что, в общем, верно. Самый несчастливый. Пик развития морской фортификации. Ничего подобного в России, думаю, и в мире больше не строилось. Самый короткий срок службы был уготован ему судьбой. Российская смута уничтожила его в страшном взрыве пяти тонн пироксилина. Тайна этого взрыва до конца не разгадана.
На его проектировании и строительстве работали лучшие инженеры России того времени, использовались самые передовые строительные технологии, на вооружение форта пошли новейшие 12-дм башенные артиллерийские системы. Впервые в России, отказались от традиционной установки относительно устаревших орудий на береговых батареях, что практиковалось ранее, в том числе и в других странах. Вспоминаются слова известного фортификатора К.И. Величко: «...существующие крепости надо рассматривать, как факторы наличные, с которыми приходится считаться, которыми можно с выгодой воспользоваться, но которыми в известных случаях можно и пренебречь, т. е. эвакуировать без сопротивления или бросить на произвол судьбы».


Мне трудно согласиться с уважаемым К.И. Величко, если применить его слова к такой крепости, как форт Ино. Этот шедевр фортификации надо было отстоять любой ценой. Даже сегодня, по прошествии почти ста лет, величественные останки форта Ино производят впечатление, которому мне трудно подобрать слова.
Посещая территорию форта, особенно осенью, буквально всем телом ощущаешь вневременность этого места. Мистика, жутковатая энергетика башенной батареи, застывшей в вопле разорванного страшным взрывом бетона. Провалы 10-дм и 6-дм батарей, заполненные громадными глыбами бетона, до сих пор хранящими тепло человеческих рук.
А потом смотришь на фотографии 1915 года. Нет, не на те, где в бетонных дворах стоят мощные крепостные орудия, на другие, где молодые и красивые жены офицеров катают коляски с нашими дедушками и бабушками, в длинных, почти до пят, юбках, белых блузках и в легких воздушных широкополых шляпах. Бегают мальчики в матросских костюмчиках, играют в песочницах девочки, офицеры форта улыбаются в объектив, кажется, еще мгновение, и они заговорят, но время застыло на этих фотографиях. Время застыло на развалинах форта Ино. Ни на одном форту крепости так остро не чувствовалось остановившееся время.

Самый короткий срок службы форта из всех других — 1915—1918 годы, но эта книга далась автору тяжелее всего. Сложно описывать остановившееся время».
«История «Николаевского» (Ино) форта значительно короче («Красной Горки» — прим. Н.Б.). В целом он повторял «Алексеевский», слегка отличаясь составом вооружения и расположением батарей. Но здесь первая же проблема, с которой столкнулись строители форта, стала проблема земли. На территории, отведенной под форт, располагались дачи и, вообще, это была Финляндия. Добровольно в казну свои дачи передали лишь А.С. Милюкова и художник В.В. Матэ. Первую переоборудовали под контору строительства, во второй разместили 88 рабочих, шесть жандармов и трех морских офицеров, производивших промеры залива у гавани. Постепенно вся необходимая земля была выкуплена в казну, и работы развернулись широким фронтом. 28 октября 1909 года заложили 10-дюймовую батарею. В январе 1910-го начались работы по устройству гавани с железной дорогой. К началу 1912 года вся строительная площадка приобрела очертания укрепления. А в октябре на форт доставили два первых 12-дюймовых орудия. Чтобы обеспечить устойчивую связь с Кронштадтом, от форта к Косе проложили подводный кабель.
К 1 января 1917 года все артиллерийские батареи форта были закончены и находились в боевой готовности, обе 12-дюймовые батареи оборудованы паро-воздушной системой отопления, на них установили 80% броневых дверей, на 10- и 6-дюймовых батареях построили земляные траверсы, оборудовали три бронебетонных помещения для дальномеров, пять прожекторных вышек. Проложили около 3 км железных и 7 км грунтовых дорог и многое — многое другое, необходимое для обороны и нормальной службы гарнизона.

В 1918 году с предоставлением Финляндии независимости ситуация вокруг форта «Ино» обострилась. Советское правительство пыталось оставить форт за собой, уступив Финляндии порт Петсамо. Но эти переговоры результата не дали, а после ухода Балтийского флота из Ревеля и Гельсингфорса германские и финские войска попытались захватить форт «Ино». Если бы это удалось, то на Финском заливе появилась бы мощная сила, способная реально противостоять большевикам — 12-дюймовые орудия форта. 24 апреля 1918 года сюда прибыли финские парламентеры с требованием сдать форт. Докладывая об этом комендант Кронштадтской крепости К.А. Артамонов докладывал Военному руководителю обороны Петрограда А.В. Шварцу о том, что с 10- и 12-дюймовых орудий замки сняты и увезены в Крепость, сами батареи подготовлены к взрыву. В батареи, погреба, опорные пункты заложили 300 пудов пироксилина. Артамонов предполагал взорвать форт, если не сможет организовать сухопутную оборону из-за недостатка пехотных частей. В то время как финский отряд, блокировавший форт насчитывал около 2000 человек и имел полевую артиллерию. Командование Балтийского флота распорядилось: «Форт Ино не может быть оставлен. Его надлежит защищать всеми средствами от всяких нападений». 5 апреля заинтересованные стороны подписали соглашение, по которому гарнизон форта был обязан: не выходить за пределы проволочной ограды форта; не допускать на территорию форта никого, кроме парламентеров; в случае проникновения на форт финских красногвардейцев их разоружать; не открывать огня по разъездам и одиночным белофиннам, не пытающимся проникнуть на форт.


Правительство Советов опасалось, что активные действия по защите форта могут спровоцировать Германию на разрыв Брестского мира, и требовало решить все проблемы мирным путем.
8 мая Германия потребовала передать форт Финляндии. Не желая «дразнить гусей», СНК «...запретил поддерживать «Ино» гарнизоном или с кораблей Балтийского флота. Форт должен удерживаться собственными силами. При невозможности удерживаться благодаря фактическому напору со стороны противника форт должен быть взорван со всей артиллерией». Но, не зная об этом решении, К.А. Артамонов по собственной инициативе 14 мая 1918 года в 23.30 взорвал форт Ино. В своем рапорте К.А. Артамонов достаточно убедительно аргументировал свои действия. Главный довод — форт мог оказаться в руках белофиннов, а это для Кронштадта, а, следовательно, и для Советской власти было крайне опасно. Мнения о целесообразности взрыва придерживался и старший морской начальник в Кронштадте С.В. Зарубаев. На вопросы следственной комиссии он ответил: «Считаю, что взрыв форта Ино был вызван обстановкой и для того момента был вполне своевременным». Дело прекратили.
Правительство Ленина и Троцкого очень легко оперировало гораздо большими районами, областями. А тут какой-то форт! Конечно, проще взорвать, чем тратить силы и средства на борьбу, не гарантирующую победу.

К.А. Артамонов считал, что он основательно взорвал форт. Однако кое-какие орудия уцелели, так как достоверно установлено, что форт стрелял по советской территории. Много осталось на форту и всяческого вспомогательного оборудования и механизмов, что позволило финнам существенно укрепить свою береговую оборону. В декабре 1939 года комиссия АНИМИ (Артиллерийский Научно-Исследовательский Морской Институт) обследовала форт Ино. Все оборонительные сооружения оказались разрушены. У гавани сохранился небольшой домик, видимо, полицейский контрольный пункт. Комиссия отметила, что восстановление форта связано с огромным объемом работ. Интересно, что осмотр форта происходил зимой, снега было много, тем не менее, в отчете комиссии указано, что не было найдено ни одного металлического предмета.
В советское время на форту была построена 152-мм батарея, но в начале 1960-х утилизировали и ее. Одной из причин столь вялого использования форта являлась боязнь неразорвавшихся снарядов, которые могли оказать заваленными при подрыве форта. Этого, кстати, опасались и финны.

Сейчас территория форта производит удручающее впечатление. Размещавшиеся здесь воинские части или расформированы, или ведут едва тлеющий образ жизни. В бетоне башенной батареи проросли деревца, сами отверстия жестких барабанов, где находились вращающиеся части башен, завалены глыбами бетона. То есть, очевидно, что башни демонтированы, но когда и кем, определить трудно. Скорее всего, финнами. Тыловая стена башенной батареи покрыта огромными трещинами. Вообще передвигаться по этому и многим другим участкам крайне сложно из-за густых зарослей кустарника. Ни в убежищах опорных пунктах, ни на батареях не осталось ни броневых дверей и ставен, ни броневых колпаков и люков. Сильно разрушен и сухопутный фронт. Все убежища опорных пунктов, капониры и полукапониры лежат в развалинах. Пострадали даже бетонированные соединительные траншеи. Хорошо сохранились огромные рвы опорных пунктов №№1 и 2, у опорных пунктов №№7 и 8 виден четко обозначенный гласисообразный профиль позиций. И это несмотря на то, что прошло столько лет и там теперь растет сосновый лес.
Сохранилась лестница бывшей дачи А.Н. Куропаткина, переоборудованной в годы первой мировой войны под временный госпиталь. Лестница ведет к заливу. Чистый песок, огромные валуны, на горизонте цепочка сухогрузов, ожидающих лоцмана... У самой воды перевернутый металлический корпус какого-то, скорее всего, рыболовного работяги. Летом здесь пляж, осенью — тишина. Тишина такая, какая бывает после сильного взрыва...

В 1984 году в комнате Боевой славы одной из воинских частей был устроен маленький музей форта. В 1990-х вся экспозиция пропала. А ведь замы по политической части, ныне по работе с личным составом, могли бы устроить субботник и вырубить, к примеру, кустарник. Основания открытой 12-дюймовой батареи находятся как раз на территории летнего лагеря бывшего Высшего военно-морского училища им. Дзержинского. Может, кому-нибудь из начальства и приходила в голову мысль почистить территорию и рассказать курсантам о строителях форта. Но сделать это было нельзя, так как важнее было загрузить юные головы очередной программой партии или «Малой землей». Ведь при царе все было плохо, а скоро будет хорошо... Курсанты выросли, и, возможно, именно кто-то из них отдавал приказ резать транспортер ТМИ-180. перестраивать «Риф», сливать мазут в подвалы «Зверева» — Л.И. Амирханов и В.Ф. Ткаченко «Форты Кронштадта».

Литература:
В.Ф. Ткаченко Форт «Ино». Строительство. Служба. Уничтожение, «Остров», 2009
Л.И. Амирханов, В.Ф. Ткаченко Форты Кронштадта, изд-е 2-е, «Остров», 2006, с. 83-90

Словарь фортификационных терминов
Из книги Л.И. Амирханов, В.Ф. Ткаченко Форты Кронштадта

Амбразура (франц. embrasure) — оконный проем в фортификационном сооружении, расширяющийся внутрь помещения. Предназначен для вывода наружу дульной части орудия, ружья.
Барбет — площадка за бруствером укрепления для установки орудий, стреляющих через бруствер.
Бастион (итал. Bastionato — выступающая надстройка) — пятиугольный выступ в крепостной стене, валу, предназначенная для ведения огня вдоль вала, стены фортификационного сооружения.
Берма — в морской фортификации, как правило, каменная или бетонная продольная площадка, предотвращающая осыпание земляного вала (эскарпа) в воду при обстреле укрепления артиллерией противника.
Бруствер (нем. Brustwehr — грудь, грудная защита) — продольная стенка, насыпь, вал, предохраняющая орудия от фронтального огня противника.
Валганг — верхняя часть фортификационного сооружения за бруствером. Предназначалась для установки орудий.
Горжа (франц. Gorge — шея, горло) — тыльная часть, в том числе тыльный вход, в фортификационную постройку.
Каземат (франц. Cazemate) — помещение в толще крепостного сооружения, без оконных проемов, как правило, хорошо защищенное толстыми стенами и сводами. Предназначено для размещения гарнизонов и боеприпасов.
Казематированная казарма — как правило, сводчатое помещение для размещения гарнизона крепости, но с амбразурообразными оконными проемами, выходящими в тыльную часть укрепления.
Куртина (итал. Curtine — завеса) — участок крепостной ограды между фланками двух смежных бастионов или между двумя башнями.
Потерна (франц. poterne) — узкий коридор, скрытый в толще крепостной стены, вала, служащий для безопасного сообщения внутри фортификационных построек во время боевых действий.
Ряж — бревенчатый рубленый ящик. Заполняемые валунным камнем ряжи служили в течение двухсот лет основой при постройке фортов Кронштадтской крепости.
Сквозняк — каменная или бетонная постройка, прикрывающая вход в пороховой погреб. Предназначена для защиты броневой двери погреба от осколков разорвавшихся снарядов противника. Чисто русское изобретение конца XIX века. Часто сквозняком прикрывали входы в фортификационные постройки с горжи.
Траверс (франц. traverser — пересекать) — поперечные стенки, примыкающие одним концом к брустверу и разделяющие орудийные места (болверки) на отдельные дворики. Защищают орудия от продольного огня противника.
Форт (лат. fortis — сильный) — отдельное укрепление, как правило, долговременного характера, вынесенное от основной крепости на дальность возможного артиллерийского огня противника.
Фас (франц., англ. Face -лицо) — прямолинейный участок крепостной стены, вала. В случае морских фортов Кронштадта — центральная часть форта прямолинейной формы.
Фланк (франц. flanc) — короткая стена, участок вала, массива форта, примыкающая под углом к фасу.
Эскарп (франн.еsсаrре — крутость) — откос защитного вала крепостных сооружений или рва, обращенный к неприятелю.

Л.И. Амирханов, В.Ф. Ткаченко Форты Кронштадта, изд-е 2-е, «Остров», 2006, с. 92


icon-car.pngFullscreen-Logo
Форт Ино (Николаевский)

Карта загружается. Пожалуйста, подождите.

Форт Ино (Николаевский) 60.168906, 29.374352 Форт Ино (Николаевский)

Рубрика: Не формат

Ваш вклад в развитие проекта:

Другие усадьбы в данном районе: