Памятники Архитектуры Подмосковья

Дача «Чайка»

Дача ЧайкаДача «Чайка» (Россия, Тверская область, Удомельский район, Порожкинское сельское поселение, д. Касково)
Задержались дольше запланированного в усадьбе Ивановское Гаслеров, и торопились добраться в Гарусово хотя бы до 18.00 (музеи в провинции обычно закрываются рано). До «Чайки», впрочем, недалеко, дорога узкая, но почти без выбоин, позволяющая разогнаться. Прошел небольшой дождь, разливший по окрестностям свежесть. Небо было высоким и колоритным – облака, словно написанные гуашью, походили на мощные, клубящиеся громады. Хотелось остановиться и снимать, но время поджимало. И вот мы уже огибаем озеро Удомля, справа по борту монумент пейзажистам, впереди за кронами садовых деревьев должна быть наша цель… старые деревянные ворота, калитка, домик привратника и одновременно касса — на замке, но дверь в особняке приоткрыта и слышны голоса… У меня вырвался вздох облегчения, выгнать меня непросто, а значит я что то успею увидеть и снять…
Прием был гостеприимным, радушным. Подробная экскурсия и ответы на любые вопросы, цена за посещение символическая… После всего этого невероятное ощущение легкости, покоя, парения над мирской суетой – всё как в великом полотне Исаака Левитана…





«Чайка — редкий пример усадьбы, рожденной в пору, когда русская усадебная культура, казалось, навсегда уходила в прошлое.
Витольд Каэтанович Бялыницкий-Бируля (1872—1957) — один из интереснейших русских пейзажистов XX века, решивший в 1912 году построить дачу на живописном берегу озера Удомля, вполне сознательно стремился воссоздать эмоционально-эстетический дух старых усадеб. Не случайно от усадьбы Ушаковых Островно, где некогда жил и работал почитаемый Бялыницким Левитан, был пересажен к «Чайке» большой куст сирени, который хозяин называл «Островненским менуэтом». О его влюбленности в поэтический мир «дворянских гнезд» свидетельствует и написанная им в том же 1912 году, когда родилась идея «Чайки», картина «Дом с клумбой перед ним» (ТОКГ). В то же время старинный усадебный дух как бы обновлялся на «Чайке» свойственным новой эпохе демократическим началом.
Витольд Каэтанович Бялыницкий-Бируля, художник А.В. МоравовВ 1918—1922 годах здесь усилиями художников Бялыницкого-Бирули, Богданова-Бельского и Моравова были созданы и действовали cвободные государственные художественные мастерские, где более 170 человек обучались живописи, вышивке, резьбе по дереву. Помимо основателей мастерских здесь преподавали К. А. Коровин, А. Б. Архипов, В. В. Рождественский и другие художники. Мастерские, помимо всего прочего, помогали художникам просто выжить в лихолетье гражданской войны и заодно спасали усадьбу от конфискации.
И после закрытия мастерских сюда продолжали наезжать художники. Здесь в разные годы работали С. Ю. Жуковский и И. Э. Грабарь, а сам Бялыницкий-Бируля работал в «Чайке» целых сорок пять лет — до самой смерти, здесь же его и заставшей.
За эти годы Витольд Каэтанович вырастил замечательный парк с множеством редких растений, которыми он очень гордился. Ныне этот парк признан памятником садового искусства, о чем свидетельствует установленная на доме памятная доска.
У усадьбы оказалась сравнительно счастливая судьба. Правда, в начале 90-х годов, оказавшись брошенной из-за соседства с Калининской АЭС, она едва не погибла. Но с 1995 года в нее вновь стала возвращаться жизнь» – С. Глушков. Сейчас на даче действует муниципальный историко-культурный центр, которым одно время руководил Юрий Семенович Михайлов, немало сделавший для спасения «Чайки», а теперь москвичка – внучатая племянница художника Бялыницкого-Бируля Елена Тимакова. 
Попасть на озеро Удомля – была моя давняя мечта, я как поклонница творчества И. Левитана хотела увидеть место, где он написал свой непревзойденный шедевр «Над вечным покоем». Меня уверяли, что это в 3-х шагах от памятного знака, но эта версия мне показалась мало убедительной. …может быть местность изменилась, и в значительной степени из-за вторжения в пейзаж градирен атомной электростанции, они практически перечеркивают впечатление от увиденного (хотя красоты в окрестностях предостаточно).
Удивила меня и сама Чайка, из темно-серого она переоделась в светлый наряд, по словам Елены Тимаковой, особняк изначально был выкрашен в этот цвет.
Не смотря на ремонт (август 2014 г.) первый этаж был полностью доступен для осмотра. Подлинных предметов меблировки почти не осталось, но все же интерьеры весьма атмосферны. Особенно запомнилась терраса с огромным круглым 100-летним столом, и волчьи шкуры на тахте, обитой алым бархатом…
А что же Левитан? Бывал ли он в этом доме? Скорее всего нет, хотя он первым проложил дорогу в эти края, работая в Гарусове с 1893 г. В Гарусове, кстати, тоже остатки барской усадьбы, основанной ещё Аракчеевыми. Барский дом почти полностью разрушен, не смотря на прилагаемые усилия энтузиастов его не удалось спасти…
И всё же, где именно тот самый вид с полотна Левитан? «С.П. Кувшинникова вспоминала: «Над вечным покоем» Левитан написал уже позже, в лето, проведенное под Вышним Волочком близ озера Удомли. Местность и вообще весь мотив целиком были взяты с натуры во время одной из наших поездок верхом. Только церковь была в натуре другая, не красивая, и Левитан заменил ее уютной церквушкой из Плеса. В то время, когда Левитан жил на Удомле, на возвышенности, находящейся на берегу удомельского озера, между деревней Акулово и Троицей, против Лубенькино, стояла старая деревянная церковь и при ней было заросшее березами кладбище. В начале девятисотых годов, когда была построена новая церковь Николы на Стану, деревянная церковь была разобрана и перевезена на другой берег озера в деревню Ряд. Там она простояла еще некоторое время, потом сгорела, во время большого пожара, уничтожившего значительную часть деревни. Последние кресты и могильные холмы исчезли с кладбища в тридцатые годы. Ранее этого времени, близ кладбища появилась новая небольшая деревня — Третий Стан, домов 8-10. Она теперь тоже не существует. Последние дома были увезены в конце 30-х годов. Во время жизни И.И. Левитана на Удомле это была единственная деревянная церковь на берегу озера. На острове же никакой церкви в то время не было. Обо всем этом мне рассказала старейшая жительница деревни Акулово Прасковья Ивановна Архипова, ее родители были похоронены на том кладбище, и она очень почитала его и деревянную церковь» — писал А.А.Моравов в краеведческом альманахе в статье «Озеро Удомля».  
Мы двинулись в Вышний Волочек, вышло солнце, распогодилось, и чудесные облака растаяли. Небо стало однообразно голубым и уже не смогло заинтересовать меня…
Вот такой получился очерк, вроде бы как о «Чайке», но в тоже время и не о ней...

Наталья Бондарева
Изображение в тексте: художник А.В. Моравов. Портрет В.К. Бялыницкого-Бирули, 1908 г.

Из буклета Центра культуры и искусства Дача «ЧАЙКА»

В.К. Бялыницкий-Бируля Церковь на берегу озераТверская областная картинная галерея в 2013 году отмечала 100-летний юбилей дачи «Чайка» художника Витольда Каэтановича Бялыницкого-Бируля.
Место, где построена дача, удивительным образом связывает имена русских художников, которые в разные временные периоды работали в Вышневолоцком уезде. Начало было положено А.Г. Венециановым и учениками созданной им художественной школы, затем сюда приезжает И.И. Левитан, где пишет, пожалуй, самые значительные свои произведения, имеющие глубокий философский подтекст. И, наконец, следом за своим учителем, сначала посещает эти края (в 1901 г.), а затем и вовсе поселяется (1913 г.) в одном из здешних живописных уголков В.К. Бялыницкий-Бируля.
Строительство дома осуществлялось непосредственно с участием хозяина в модном в то время стиле модерн. И его архитектура так органично влилась в природный ландшафт, что очень многие впоследствии сравнивали дачу с парившей над водной гладью озера Удомля чайкой.
Именно дача «Чайка» стала обителью для В.К. Бялыницкого-Бируля, его семьи и его друзей художников, приятелей, бывших учеников Московского училища живописи, ваяния и зодчества. Многие из них учились живописи у И.И. Левитана, который очень трогательно заботился о молодых художниках и «... горел энтузиазмом вдохновить нас и помочь», — вспоминал Витольд Каэтанович. Очень многое впитал в себя художник от своего учителя и пронес на протяжении всего творческого пути. Его произведения проникнуты удивительным спокойствием, тишиной и в то же время глубоким смыслом. Но стоит задуматься о том времени, о жизни в удаленных от городской суеты местах. И начинаешь понимать, как не просто было выжить и сохранить желание, ставшее затем потребностью, постоянно находить в небогатой красками природе все новые и новые откровения, которые мы видим на полотнах художников, объединенных желанием писать родную природу, быт простых людей.
В.К. Бялыницкий-Бируля. Зимний сонТверская областная картинная галерея обладает большой коллекцией произведений художников, связанных с Удомельским краем. В их числе полотна и А.Г. Венецианова («Пастушок с дудкой» 1820-е гг.; «Портрет Петра Ивановича Милюкова» 1820-е гг.), и И.И. Левитана («Осенний пейзаж» 1880 г.; «Лесистый берег» 1892 г.). И, конечно, значительное число работ А.В. Моравова, А.С. Степанова, С.Ю. Жуковского, Н.П. Богданова-Бельского и, непосредственно, хозяина «Чайки» В.К. Бялыницкого-Бируля. Связанные и местом, и творчеством, и своими пристрастиями к охоте и рыбалке, какие они разные в мироощущениях. Добрый, скромный А.С. Степанов, мастер передачи лирического настроения («Подруги» 1913—1914 гг.; «Удомля»).
С.Ю. Жуковский — умный, уверенный в себе, очень яркий и страстный человек, в творчестве же тонкий лирик. Его произведения («Бессонная ночь. Светает» 1903 г.; «В старом доме (печка)» 1914 г.) тому свидетели.
Выходец из народа — Н.П. Богданов-Бельский, художник жанрист («Летний день 1916 (?) г.; «У перевоза» 1915 г.). Знаток быта, колорист А.В. Моравов («У окна. Портрет В.В. Ушаковой» 1907 г.; «На своей полоске» 1916 г.; «Гарусово. Яблоки на подоконнике. Этюд» 191(6?)). И, конечно, В.К. Бялыницкий-Бируля, в картинах которого отразились созерцательные взгляды на среднерусскую природу («Ранняя весна» 1913 г.; «Церковь на берегу озера» 1905 г.; «Осенний пейзаж» 1915 г.; «Дом с клумбой перед ним» 1912 г. и многое другое).
После революции Дача «Чайка» осталась в собственности В.К. Бялыницкого-Бируля. В ней были созданы Свободные государственные художественные мастерские (1918—1919 гг.) и поэтому она не была подвержена национализации. Пользовалась очень большой популярностью. В ней преподавали К.А. Коровин, В.В. Рождественский, А.Е. Архипов.
После смерти хозяина дачи она меняла своих владельцев, но надо отдать должное им всем, что «Чайка» сохранена и живет поныне. История её продолжается, дача постепенно обретает свой прежний вид. Нет, конечно, всего того, что наполняло дом: привычной мебели, тех милых вещей, которые окружали обитателей Дачи, но сохранён облик здания, продолжаются традиции. По-прежнему Дача «Чайка» гостеприимно распахивает двери для своих посетителей.

Изображение в тексте: В.К. Бялыницкий-Бируля Церковь на берегу озера; В.К. Бялыницкий-Бируля. Зимний сон

«...Приют спокойствия, трудов и вдохновенья»

Юрий Михайлов

В 1910 году молодой успешный пейзажист В.К. Бялыницкий-Бируля по приглашению удомельского помещика Н.И. Колокольцова в поисках новой натуры и удачной охоты вместе с молодой женой приехал в Ворониху-Рождественское, что на озере Кезадра (ныне Удомельский район Тверской области). Оказалось, что натуры для пейзажиста в этих краях — не перепишешь, медведей и вальдшнепов для охотника — не перестреляешь, ну а молодая, обаятельная и талантливая жена Ольга Ивановна была рядом. Так и началась история «Чайки». Общительный Витольд — душа любого общества — немедленно пригласил своих друзей, живописцев и охотников, разделить его восторг вновь открытыми местами. Так в истории «Чайки» появились Алексей Степанов, скромный человек, но опытный художник-анималист, и Станислав Жуковский, друг Витольда по училищу живописи, ваяния и зодчества; Николай Богданов-Бельский, жанрист, добившийся успеха в живописи великим трудом, и Александр Моравов — тонкий колорист, знаток быта.
По душе пришелся Удомельский край друзьям, в трудные времена давал им и кров, и пищу, и вдохновение.
Чтобы «приземлилось вдохновение» в благодатных краях, построил Витольд красивый дом на высоком берегу озера, посадил парк. Случилось это в 1913 году. Дом был построен высокий, обширный. И творческий дух не покидал этот дом даже в лихие годы. Благодаря удивительно сильному и стойкому духу хозяина «Чайку» не разорил и не разрушил ни тяжелый 1918 год, ни тридцатые. Наоборот, при поддержке друзей в 1918 году дом наполнился крестьянскими детьми, жаждущими творчества и знаний. Открылись Государственные свободные художественные мастерские. Около 500 человек получили здесь не только общее, но и художественное образование. А в историю «Чайки» вошли новые имена. В свободных мастерских кроме прежних друзей Витольда Каэтановича преподавали Константин Коровин, Абрам Архипов, Василий Рождественский. Они учили детей, сами писали произведения, ставшие национальным достоянием.
В гости к другу приезжал Игорь Грабарь, увез множество написанных здесь картин и теплые воспоминания о «Чайке».
Сам Витольд Каэтанович написал здесь лучшие свои пейзажи, которые принесли ему европейскую известность и заняли достойное место в лучших музеях родины. Отсюда он отправлялся в творческие поездки в Пушкинские горы, в Кольское Заполярье, на Белое море, на Волгу, в архангельскую глубинку; уже стариком — в родную Белоруссию, в освобожденный от фашистов Клин, но всегда он возвращался сюда, в свою любимую «Чайку», переодевался в простую одежду, на одно плечо водружал этюдник, на другое вскидывал ружье и — в милые сердцу поля и перелески, к знакомым ручьям, душистым болотам, к дальним деревням. Это была его земля. Все окрест знали и уважали его, и всех знал он. Здесь он нашел друзей среди простых людей: крестьян, священников, земских врачей, но это — отдельные истории. Здесь он остался один, потом обрел последнюю свою спутницу жизни Елену Алексеевну Бируля, потерял самое дорогое — дочь Любу...
Выстоял! Писал картины. Но пришел и его час. Летом 1957 года все, кто его знал и любил здесь, попрощались с его телом, многие не скрывали слез. Прощальными залпами из охотничьих ружей закончился первый, самый главный, самый живой период истории «Чайки» В жизни «Чайки» драматизма хватало и раньше, но испытаниям второго периода этой жизни противостояла одна Елена Алексеевна. «Гнездо Чайки» — высокий, стройный дом — посерел, потерял строгость линий, стала все чаще подтекать кровля, средств поправить дела не хватало, приближалась дряхлость. Попытки найти решение проблемы через государственные учреждения и организации остались в истории пожелтевшими листками с обращениями вдовы художника об организации музея в «Чайке» и резолюциями чиновников: «Ввиду... нецелесообразно». Печать и подпись.
Дача, тем не менее, жила и даже в этот период влекла к себе творческих людей. Народный художник СССР Борис Волков писал здесь эскизы декорации для Большого театра к постановке «Снегурочки», бывали в «Чайке» в это время известные актеры Станицын, Грибов. Александр Тимаков писал интерьеры дома, окрестные пейзажи. Студенты-художники из Ленинграда, случайно попавшие в эти места, несколько раз потом приезжали сюда, помогали хозяйке, пытались проникнуться духом старых мастеров. И все же эта история шла к драматической развязке. В конце 60-х было принято решение создать музей В.К. Бялыницкого-Бируля в Могилеве, на родине художника. Картины, вещи, мебель, документы, письма в двух больших фургонах переехали в Минск и далее — в Могилев и Бялыничи, а дом был продан частным лицам под дачу. У новых хозяев нашлись средства на ремонт, впервые в «Чайке» зажглись электрические лампочки, зазвонил телефон и уже не текла крыша. Спасибо семьям Бобровых и Сеземан за бережное отношение к реликвии. Но там теперь не было не только самого Витольда и его картин, но даже рынды с ледокола «Ермак», подаренной художнику за участие в экспедиции по подъему затонувшего в Белом море парохода.
Мытарства «Чайки» на этом не закончились, и крыша текла не в последний раз. Государство «вернуло» «Чайку» себе, но достойных хозяев не нашло: переходя из рук в руки, «с баланса — на баланс», в конечном итоге в 1995 году она стояла уже без окон и дверей, местами проваливались полы и потолки, опять текла, уже крытая металлом, кровля. Зияли разрушенные печи и разбитые камины. Осталось подвыпившим рыбакам неосторожно бросить окурок или спичку...
Но второй период не закончился пожаром. В том же 1995 году неравнодушные к истории Отечества люди проявили инициативу и решили сохранить «Чайку». В доме поселились люди, было очень трудно, но приезжали друзья и помогали. Помогали те, кто чувствовал ответственность за принятое решение, среди них были и чиновники. Постепенно, учитывая объективно сложившуюся ситуацию и возможности, вызрела концепция муниципального историко-художественного центра. Он был создан в июне 1996 года. На базе центра развивалась выставочная деятельность, было проведено уже более полутора десятков выставок живописи и скульптуры.
В «Чайку» вернулись художники: Борис Федоров — тверской художник по стеклу, академик Российской Академии художеств, уже маститый живописец Константин Иванов, утонченный живописец- авангардист Лев Снегирев, ржевский скульптор Анатолий Буров, москвичка Елена Тимакова, художники из Белоруссии, «Митьки» из Санкт-Петербурга...
Уже не вспомнить, какой по счету состоялся пленэр. Для удомельских художников он стал ежегодным и носит название одной из картин Витольда Бялыницкого-Бируля — «Последний след зимы».
С трудом, но кое-что отремонтировано. Спасибо неравнодушным: будь то руководитель строителей, принявший решение помочь, или плотник, надежно восстановивший прогнившее крыльцо. Спасибо простому посетителю, с интересом выслушавшему наш рассказ о Витольде и его «Чайке» и сказавшему нам теплые слова поддержки.
Так и хочется третий, современный период истории «Чайки» назвать возрождением. Но стоит ли торопиться? Есть еще имена и события, которые не уложишь между 2001 и 2004 годами.
В двадцати километрах от «Чайки», на старом деревенском кладбище покоятся останки Алексея Гавриловича Венецианова — академика, педагога, воспитавшего целую плеяду русских художников. На юге от мест, где жил и работал Венецианов, на берегах озера Молдино творил талантливейший его ученик, крепостной художник Григорий Сорока.
Рядом с «Чайкой» на крутом берегу стоит гранитный валун с именами всех художников, творивших на удомельской земле. Исаак Левитан писал на этом месте эскизы к знаменитой своей картине «Над вечным покоем», а в «Горке» на озере Островно создал «Март» и «Золотую осень».
В 150 метрах от «Чайки» есть остатки заросшего большака, по которому со станции Троица (нынеУдомля) в Островно к Левитану ехал Антон Чехов.
Все это косвенная предыстория «Чайки» и только часть изведанной истории.

«Живое полотно» усадьбы «Чайка»

Наталья Петрова

На территории Удомельского района находится одна из уцелевших на Верхневолжье старинных усадеб — Дача «Чайка», некогда принадлежавшая художнику Витольду Каэтановичу Бялыницкому-Бируля. Построенная им в начале XX века, она имеет большое культурное и историческое значение — здесь работали многие известные живописцы: А.С. Степанов, С.Ю. Жуковский, А.В. Моравов, Н.П. Богданов-Бельский, К.А. Коровин, В.В. Рождественский, А.И. Архипов и другие. В этих местах в свое время творили И.И. Левитан, А.Г Венецианов.
История Дачи «Чайка» началась с того, что В.К. Бялыницкий-Бируля приобрел у местного кузнеца в начале XX века участок земли рядом с озером Удомля, заложил там дом и посадил парк. К делу художник подошел творчески, используя весь накопленный до этого опыт обустройства русской усадьбы.
Несмотря на зарубежное влияние, русская усадьба сохранила свой неповторимый колорит. Сказались и континентальный климат, и масштабность наших просторов, и мастерство зодчих, передаваемое из поколения в поколение. Даже сама русская история непосредственным образом отразились на облике старинной русской усадьбы.
Усадьба всегда обустраивалась согласно укладу жизни владельца, его вкусу и интересам. Известно, что Витольд Каэтанович, будучи человеком искусства, сам принимал участие в разработке проекта дома и закладке парка. В то время (конец XIX — начало XX веков) в искусстве получил развитие стиль «модерн», в основе которого лежал культ природы и сознательное стремление сделать художественное творчество как бы ее продолжением. Этот стиль в полной мере проявляется в обустройстве усадьбы художника: «пейзажное» восприятие мира и архитектуры, особая любовь к растительным мотивам и другим природно-органическим формам, текучим волнообразным линиям и ритмам, стремление к преобразованию мира посредством возвращения к природе.
Выбранное художником для постройки усадьбы место давало его творческой фантазии практически неограниченный простор.
Еще при въезде в «Чайку» открывается широкая панорама леса и полей, примыкающих к берегам озера. Усадьба гармонично вписывается в местность. На вершине холма в окружении вековых елей и берез стоит дом. Усадебный парк, с одной стороны, становится продолжением естественной природы и максимально сохраняет черты окружающего ландшафта, а с другой — является естественным продолжением дома.
Усадьба расположилась в удивительном по красоте месте. Именно здесь художник написал свои лучшие работы, вошедшие потом в собрания многих музеев России и зарубежья.
Парк состоит как бы из залов под открытым небом, отгороженных друг от друга зелеными стенами аллей или группами деревьев и кустарников. Организующая роль центра усадьбы принадлежит особняку, прячущемуся в зелени. Асимметричное многофасадное здание располагается в верхней точке усадебного пространства, и не по оси участка, а сбоку, в уютном микропространстве среди цветов, в тени деревьев. Даже в пределах парка дом-особняк как бы отгораживается от больших полян деревьями и высокими цветущими кустарниками, благодаря чему создается ощущение камерности.
Для аллей «Чайки» характерно различное пространственное построение, состав, ритм: они асимметричны и не имеют решающего значения в композиции, как, например, в парках регулярного стиля. К особняку художника, построенному в «финском» стиле, стягиваются четыре аллеи. Первая въездная, ориентированная на фасад дома, мало сохранившаяся в наши дни. Еще три ориентированы на углы дома. До нашего времени дожила примерно половина формирующих аллеи деревьев: в основном это ели и березы. В одной из аллей — от восточного угла дома — на смену старым елям пришли клены остролистные, рассеянные в произвольном порядке в годы запустения парка.
Весьма интересна «сиреневая» аллея, расположенная по диагонали усадьбы и ведущая к южному углу дома. Вход в эту аллею со стороны особняка высажен сиренью венгерской, и летним днем в ней стоит густая тень. Продолжается аллея деревьями различных пород: из старых в ней сохранились лишь некоторые березы и ели, остальные взрослые деревья выросли самосевом. Вход в эту аллею и ее продолжение являют собой интересную игру тени и света. В 30-е годы, по воспоминаниям очевидцев, эта аллея состояла в основном из черемухи и вела к купальне.
Помимо упомянутых аллей есть еще одна — береговая, выполненная посадкой ели обыкновенной вдоль озера Удомля. К сожалению, эта некогда величественная аллея сейчас находится в весьма плачевном состоянии —
из-за размыва береговой линии она может быть наполовину утрачена в ближайшие годы.
С юго-восточной стороны парка аллеи не было. Здесь сделана лишь однорядная посадка ели в качестве защитного насаждения. Сейчас мы можем увидеть лишь часть сохранившихся вековых деревьев, так как за многие годы запустения здесь образовались весьма густые заросли из самосева деревьев — ольхи, черемухи, ели, березы. Это, пожалуй, самая запущенная часть парка. Уместно заметить, что во время проживания В.К. Бялыницкого-Бируля в «Чайке» парк также неоднократно зарастал. Этот факт можно отнести к особенности русских усадеб. Однако «загадочная русская душа» и в этой запущенности находит для себя вдохновение.
На «отгороженных» аллеями больших полянах располагаются декоративные и плодовые деревья. Посадки носят как свободный, так и рядовой характер. При этом плодовый сад органично сливается с природным окружением, а не противостоит ему. Декоративность плодовых деревьев на протяжении всего года создает каждый раз новый, по-настоящему художественный образ парка. Хотелось бы отметить неразделимое сочетание красоты и пользы, издавна практиковавшееся в русских усадьбах. Усадебный сад всегда давал плоды к столу своих хозяев. По воспоминаниям М. Волковой, внучки Е.А. Бялыницкой-Бируля, плодовые деревья и кустарники в небольшом количестве были посажены и вокруг дома. Но суровая зима 1978—1979 гг. не пощадила их. Другие плодовые деревья все же смогли выжить, но, к сожалению, без надлежащего ухода и с течением времени они пришли в упадок — заросли, изломались. Однако даже в таком состоянии продолжают плодоносить, хотя плоды их измельчали и в большинстве стали горькими.
В усадьбе В.К. Бялыницкого-Бируля всегда было много цветов. Его дочь Люба очень часто собирала букеты и украшала ими гостиную. На поляне перед террасой дома, окруженной кустарниками — сиренью, чубушником, шиповником, всегда любимыми в русских усадьбах — была круглая клумба. В середине 1990-х гг. сотрудники историко-художественного центра восстановили ее, и после долгих лет запустения в парке вновь, как и прежде, зацвели нарциссы, флоксы, пионы, дельфиниум. На этой же поляне сохранились, хотя и в одичавшем виде, «левитановские» розы и сирень, привезенные Витольдом Каэтановичем из имения, где в свое время жил И.И. Левитан.
Говоря о породном составе насаждений парка, важно отметить, что при его закладке были сохранены некоторые свободно растущие экземпляры «дикоросов» — ель, ива, дуб, березы, липа. К нашему времени они достигли весьма внушительных размеров. На берегу озера мы еще можем увидеть раздвоенную красавицу ель. В одном из зеленых «залов» парка до этого года можно было увидеть иву — «дерево в три обхвата». К сожалению, после одного из шквальных ветров дерево было утрачено. А под окнами мастерской художника поднялся великан-дуб. На Руси дуб всегда олицетворял собой связь поколений и был весьма почитаем. Да и как не относиться с почтением к такому чудо-великану?!
И как не восхищаться талантом художника, нашедшим воплощение не только в его полотнах, но и в создании собственной усадьбы — этого живого полотна северной русской природы, которую он безгранично любил, чувствовал, понимал и через годы донес эту любовь до нас.

Центр культуры и искусства "Дача художника В.К. Бялыницкого-Бируля «Чайка» («Дача Чайка»)

Адрес: 171856, Удомельский район, Порожкинское сельское поселение, д. Касково.
Проезд: от автовокзала г. Твери рейсовым автобусом «Тверь-Удомля», от автовокзала г. Удомли автобусом «Удомля-Касково» до остановки «Гарусово»
Режим работы: ежедневно с 11.00 до 18.00, кроме понедельника. Вторник — экскурсионный день (по предварительной записи).
Входная плата: для граждан РФ: взрослые — 50 руб., студенты — 20 руб., школьники, пенсионеры — 10 руб. Зарубежные туристы: полный — 80 руб.; иностранные студенты — 60 руб.
Заведующий: Михайлов Юрий Семенович, тел. 8 910 9348530 (данные 2012 г.)
Дирекция: (4822) 34-2561, Факс: (4822) 34-2561 


icon-car.pngFullscreen-Logo
Дача «Чайка»

Карта загружается. Пожалуйста, подождите.

Дача «Чайка» 57.969698, 35.035594 Дача «Чайка»

Рубрика: Удомельский район

Ваш вклад в развитие проекта:

Другие усадьбы в данном районе: