Памятники Архитектуры Подмосковья

Усадьба Межутоки

Усадьба МежутокиУсадьба Межутоки (Россия, Тверская область, Бологовский р-н, п/о Ильятино, база отдыха «Межутоки»)

Когда то в книге «Тверские усадьбы» увидела Межутоки – и влюбилась. Она представлялась мне этакой подлинной глухоманью, с дремучим гулким лесом и огромными зеркальными поверхностями озер. Тут же «увидела» себя сидящей на деревянном мостке, врезающемся в воду, тихий шелест прибрежной осоки, плеск воды, небо в предзакатных всполохах… Навела справки, и узнала, что теперь в имении частная турбаза, где любят останавливаться в основном рыбаки и охотники. Изучила отзывы – многое из прочитанного не понравилось…
Все же желание лицезреть нарисованную моим воображением картину не оставляло меня несколько лет, и вот некоторое время назад, когда осуществилась наша большая поездка по северо-западу России – мы решили заглянуть в усадьбу. Четких указателей на Межутоки нет, впрочем как и дорог. Свернули с Ленинградского шоссе на населенный пункт Ильятино, обогнули в нём амбулаторию и выбрались на лесной проселок. Двигались вперед можно сказать наугад. 





Михаил Яковлевич БеляминЧерез пару км показались давно не крашенные ворота, слева будка с разомлевшим охранником, пропылили мимо КПП не останавливаясь и «уперлись» в автостоянку. 
Усадьба в плачевном состоянии – дом с облупленной краской и полуобвалившейся штукатуркой давно требует ремонта, прилегающая территория мягко говоря неухоженная (повсюду мусор и брошенные здесь же выпиленные засохшие деревья и подрост).
Заглянула за дом, там притаились ряды неказистых домиков для постояльцев. Помню тесно припаркованные авто и мотоциклы, и небрежно развешенное между ними белье… громкий говор телевизора вперемешку с собачьим лаем и женским смехом… Нет здесь тишины и идиллии, которые я себе вообразила, по крайней мере именно в тот момент точно не было…
Теперь об архитектурных особенностях ансамбля:
Характерная для региона усадьба начала XX в., расположенная в живописной озёрной местности. Находится на возвышенности, на мысу между двух небольших озер Немега и Островито. Местоположение между озерами явно нашло отражение в названии усадьбы, которая принадлежала 3. Демидовой. Четко выраженная регулярная планировка у комплекса, находящегося в окружении лесного массива, отсутствует; можно выделить лишь подъездную аллею и аллею перед партером, ведущую в лес. Хозяйственные постройки поставлены в стороне от главного дома. Кирпичный двухэтажный главный дом с одноэтажным флигелем, с которым он соединен переходом, несут в убранстве своих фасадов, стилизованном под барочный декор XVIII в., ясно выраженные черты модерна. Оригинально использование в декоре раскрашенной лепнины. Тройные окна во втором этаже главного дома, спаренные окна под ними — все вместе выглядит некоей игрой в архитектурные формы, характерной для стиля модерн. Хозяйственные строения сохранились в руинированном либо в сильно перестроенном виде. Часть строений разрушена полностью и от них сохранились только фундаменты.

Литература:
Бологое: Пособие по краеведению/Сост. 0. Копьёва. Вышний Волочёк, 2000.


Фрагменты книги «Каменный остров. История усадьбы Межутоки», А. Матвеев, Изд. «Истоки», 2008 г. Вышний Волочек

Межутоки

…Межутоки не были ни деревней, ни селом. Межутоками местные жители издавна называли полуостров меж двух озер – Островито и Немегой. В словаре Даля есть слово «межуток», означающее то же, что и привычное «промежуток». Название Островито проще всего объяснить наличием на озере островов. Но если вспомнить, что на всех старых картах озеро именуется Остревито, то, возможно, давший это название имел в виду, что озеро уже и длиннее, то есть острее, чем почти круглое соседнее Немега. Что касается Немеги, то словарь Даля толкует слово «мег» как речной мыс. Озеро круглое, нет мега — Немега. В документах и на картах зафиксированы только названия поселений, рек и водоёмов. Названия прочих мест сохраняются лишь в памяти населения, передаваясь из поколения в поколение. Так было и с Межутоками. 

Судя по межевой карте, приведённой выше, в 1788 году в Межутоках ещё не было никакого поселения. В период между 1788 и 1870 годами кто-то из Аничковых, владевших этой землёй, заложил здесь усадьбу, назвав её «Мое удовольствие». В Памятной книге Новгородской губернии за 1870 год упоминается Предводитель Валдайского дворянства штабс-ротмистр Александр Васильевич Аничков, он же Мировой судья, председатель Дворянской опеки и председатель Комитета общественного здравия, проживавший в усадьбе «Моё Удовольствие». 

В «Списке населённых мест» по Валдайскому уезду за 1884 г. упоминается усадьба «Мое удовольствие» Ильятинской волости, располагавшаяся около двух озер — Немеги и Островите. В ней имелось 8 строений, в том числе 3 жилых. В усадьбе проживало 8 человек (4 мужчины и 4 женщины в возрасте от 18 до 60 лет). Название Межутоки появится в документах чуть позже. На карте усадьба впервые появилась в начале ХХ века. На военной трехверстке, отпечатанной в 1912 году (картографирование проводилось в конце XIX в.), на полуострове между озерами Немъга и Остревито обозначен «Госп. до. Мое-Удовольстiе» — Господский дом Мое-Удовольствие. 

К.Ф. Славянский

Доходность дворянских имений Валдайского уезда была низкой. <…>Хозяева и рады были продать свою землю, да некому. И вдруг 1 ноября 1851 года происходит торжественное открытие Петербурго-Московской железнодорожной магистрали. Время в пути из Петербурга в Москву всего 22 часа! Земли вдоль железной дороги сразу становятся привлекательнее. Резко подскочила цена на участки и недвижимость. Близ села Бологое строится железнодорожная станция 1-го класса. Многие обеспеченные люди из Петербурга и Москвы приобретают здесь небольшие имения, строят дачи, куда выезжают на лето их семьи. В 1890 году владельцем усадьбы «Мое удовольствие» значится уже действительный статский советник Кронид Федорович Славянский, купивший усадьбу у Аничковых. Ему принадлежало 445,6 десятины земли. 

Славянский Кронид Федорович (1847 — 1898) — выдающийся акушер и гинеколог. Медицинское образование получил в Санкт-Петербургской медико-хирургической академии (1868 г.). Степень доктора медицины (практикующего врача) получил в 1871 году, а в следующем признан приват-доцентом. В 1876 г. становится профессором кафедры акушерства и женских болезней, с 1877 г. возглавляет пропедевтическую акушерскую клинику МХА, а с 1883 г. — госпитальную акушерскую клинику. Славянский был членом-учредителем «съездов русских врачей», редактировал «Международную клинику» и «Журнал акушерства и женских болезней». Им опубликовано около 50 научных работ. 

Славянский не был потомственным дворянином. Дворянское звание ему было дано Указом Сената от 17 февраля 1892 г. Тогдашняя Табель о рангах определяла порядок приобретения дворянского достоинства службой или в результате награждения одним из высоких орденов Российской империи. В 1856—1900 годы выслужиться надо было до полковника, капитана 1 ранга или действительного статского советника. 

Отец Кронида Федоровича — Федор Михайлович Славянский (1817-76), живописец. Родился в деревне Вышково Вышневолоцкого уезда Новгородской губернии (ныне Удомельского района Тверской области). Федор Михайлов был крепостным помещицы Авдотьи Николаевны Семенской. Известный художник А.Г. Венецианов, чье поместье Сафонково находилось неподалеку, обратил внимание на художественные способности Федора Михайлова в 1833 году, а в 1839 году после длительных переговоров смог выкупить его из крепостной зависимости. Федор Михайлов при освобождении получил фамилию Славянский. Среди его произведений – «Старуха с палкой» (конец 1830-х гг., Государственный Русский музей), «Автопортрет» (1850-е гг., ГРм), «Семейная картина (на балконе)» (1851г., ГРм), «Портрет В.К. Шебуева» (1852г., Государственная Третьяковская галерея). В Тверской губернии написал «Вид усадьбы Венецианова», «Портрет А.Г. Венецианова», портреты крестьян и крестьянок и др. Славянский–старший не дожил до того дня, когда его сын стал дворянином, он умер в 1876 году. 
Жили Славянские в Петербурге, в усадьбу приезжали только на отдых, имением руководил управляющий. Умер Кронид Федорович Славянский в 1898 году. В «Земельном инвентаре Валдайского уезда за 1902г.» говорится, что земля при озере Островитое (74,2 десятины – часть озера и 4,8 десятины суши) принадлежала дворянке Ольге Елисеевне Славянской, очевидно, его вдове. Судя по тому, что в 1890 году Славянскому принадлежало 445,6 десятины земли, — большая часть имения после его смерти была продана.


Фрагменты книги «Каменный остров. История усадьбы Межутоки», А. Матвеев, Изд. «Истоки», 2008 г. Вышний Волочек

Белямины

В «Списке населенных мест Новгородской губернии» по Валдайскому уезду за 1909 г. говорится, что усадьба Межутоки («Мое удовольствие») при озерах Островитое и Немега принадлежит М. Белямину. Это первое упоминание Межутоков. Видимо, новым хозяевам исконное название места пришлось больше по душе, нежели «Мое удовольствие», данное Аничковыми. С тех пор усадьба называется так. 

В самом начале ХХ века усадьбу Межутоки приобрёл Михаил Яковлевич Белямин, инженер-технолог, петербургский купец. Михаил Яковлевич родился 16 января 1831 г. в Санкт-Петербурге. Он был незаконнорожденным сыном чиновника Якова Александровича Дружинина, служившего секретарём у Екатерины II, Павла I, затем в различных комиссиях и департаментах, достигнув чина тайного советника. Мать Михаила Белямина Татьяна Борисовна – дочь костромского помещика, офицера, погибшего в войну 1812 года. По окончании Смольного института она поступила гувернанткой в дом Я.А. Дружинина. Фамилия шестерых незаконнорожденных детей от их союза образована от французского «belle amie» (по-русски звучит «бель ами»), т.е. «милый друг». Дружинин, по словам современников, был человек до чрезвычайности добрый, снисходительный и услужливый, заботился обо всех своих законных и незаконных детях, но их было так много, что умер в нищете. 

В 1849 году Михаил Белямин окончил Петербургский Технологический институт со званием кондуктора 1 класса, золотой медалью и занесением имени на мраморную доску института. Его обучение оплачивала Николаевская железная дорога, поэтому Михаил Яковлевич поступил на обязательную 12-летнюю службу, занимая должности помощника машиниста, машиниста и механика ремонтного депо. По окончании её он пытался начать своё дело, но все начинания не имели успеха. Вскоре он получает должность директора Сампсоньевского завода, а спустя некоторое время знакомится с конкурентом – крупным заводчиком Людвигом Эммануиловичем Нобелем и соглашается перейти работать к нему. Россия готовилась к войне с Турцией, и заводы были завалены казёнными заказами. 

По окончании войны Л.Э. Нобель начинает заниматься нефтью, добыча которой в Баку в ту пору носила характер кустарного промысла. В 1879 году он создаёт акционерное общество «Товарищество нефтяного производства братьев Нобель» («Бранобель»). Все ключевые посты занимали шведы, норвежцы, финны или датчане. Исключением были: председатель совета Товарищества финляндский россиянин П.А. Бильдерлинг и член правления М.Я. Белямин. Белямин стал одним из десяти учредителей «Товарищества», внеся паевой взнос 25 тысяч рублей (менее 1% капитала компании). Нобель поручает Белямину составление Устава Товарищества, а затем и осуществление своего грандиозного плана. При содействии Михаила Яковлевича был широко организован сбыт нефтепродуктов. По всей Волге устроены наливные станции для снабжения топливом волжского пароходства и отпуска продуктов по железным дорогам. По всей империи оборудована сеть складов с железными хранилищами для продажи керосина. Население российских городов, употреблявшее до тех пор американский керосин или свечи, получает из Баку дешёвое осветительное масло, керосин проникает в деревню, вытесняя традиционную лучину. Железные дороги, пароходства и фабрики переходят с угля и дров на жидкое топливо, как наиболее выгодное и удобное, заводы применяют смазочные материалы Бакинского производства взамен заграничных. Российская нефть заняла видное место на мировом рынке, существенно потеснив продукцию Ротшильдов и Рокфеллеров.
 
Помимо этого инженер-технолог М.Я. Белямин участвовал в усовершенствовании конструкции нефтеналивных вагонов и резервуаров для хранения нефти и керосина. По его проекту и расчётам был построен трубопровод для перекачки керосина через перевал между Баку и портом Батум протяжённостью 60 вёрст. К общественным заслугам Михаила Яковлевича следует отнести его горячую борьбу против распространившейся одно время идеи сооружения нефтепровода из Баку в Батум с целью вывоза за границу сырой нефти. Результатом этого неминуемо стал бы упадок бакинской нефтеперерабатывающей промышленности и вздорожание в России осветительных продуктов и жидкого топлива. Бедный Михаил Яковлевич… Знал бы он, что через 100 лет, в XXI веке, Россия будет сидеть исключительно на «нефтяной игле», не развивая нефтепереработку и почти полностью свернув своё машиностроение, а бензин в добывающей нефть России будет дороже, чем в покупающей её Америке. 

Достигнув своими трудами крупного состояния и видного положения, Михаил Яковлевич оставался простым и доступным человеком, обладавшим особенной мягкостью души и скромностью. Всякий из его сотрудников мог зайти в его рабочую комнату за советом. Если перед ним оказывался посетитель, не имеющий непосредственного делового отношения к Председателю, например, переписчик или чертёжник, то Михаил Яковлевич, предупреждая просьбу вошедшего, вынимал бумажник и своим мягким голосом спрашивал: «Сколько Вам нужно?» Бывало, что такой посетитель приходил не с просьбой, а чтобы вернуть занятую сумму. В таких случаях Михаил Яковлевич всегда уговаривал не торопиться: «Хорошо ли Вы обошлись, не стеснены ли ещё?» Таким он был не только к концу жизни, когда уже обладал состоянием, а и во времена, когда сам не имел никаких средств. Одному из его близких друзей довелось быть свидетелем такой сцены, когда он с большой семьёй ещё теснился в скромном домике на Петербургской стороне. Приходит кто-то из технологов, без места, просит помочь. Помочь нечем, денег нет. Михаил Яковлевич снимает со своих часов цепочку и отдаёт. В другой раз при таких же обстоятельствах отдал кому-то свою шубу. 

После смерти Л.Э. Нобеля в 1888 году Михаил Яковлевич Белямин стал председателем правления Товарищества. В ведомствах, соприкасающихся с промышленностью, Михаила Яковлевича хорошо знали и уважали. За труды на пользу отечественной промышленности Михаил Яковлевич имел ордена Св. Владимира 4 и 3 степени и Св. Станислава 3 степени. В день 50-летия со дня окончания Технологического института он был назначен почётным членом Совета Торговли и Мануфактур. Более 20 лет изо дня в день (в буквальном смысле слова, так как не признавал отпусков) Михаил Яковлевич жил заботами и интересами Товарищества. В 1899 году Белямин отказался от звания Председателя Правления. Его избрали на пост Председателя Совета, не требовавший активной повседневной работы. 

До 1918 года «Бранобель» была крупнейшей в России нефтепромышленной фирмой. Товариществу принадлежало 35% сбыта мазута и 50% сбыта керосина, выработанных из Бакинской нефти, что приносило хороший доход. В Петербурге Михаил Яковлевич Белямин имел особняк на Литейном проспекте, дом 15, в котором вместе с ним жили его дети с семьями. Ещё у Беляминых была квартира (третий этаж дома) на Спасской 9, где жили дочери Ольга, Юлия и Анна. Помимо этого Белямины владели дачей в Царском Селе и усадьбой в Межутоках. 
Умер Михаил Яковлевич Белямин 30 марта 1908 года. С его дворянским званием вышла любопытная история. Всю жизнь, до самой смерти, Михаил Яковлевич прожил, не имея такового. Помимо дома на Литейном 15, купленного в 1884 году у дворянина Зеленского, Михаил Яковлевич с 1886 года являлся владельцем Сергиевского гвоздильного завода на Малой Охте. Петербургское дворянское депутатское собрание пыталось взыскать с него сбор с дворянских недвижимых имуществ: в 1888 году за особняк 22 рубля 38 копеек, а в 1902 году за Сергиевский завод 1 рубль 33 копейки. Белямин от уплаты отказался, мотивируя отказ непринадлежностью к дворянскому сословию. С 1893 по 1908 гг. за ним числилось 3804 рубля 48 копеек недоимок дворянской повинности, а в 1911 году Петербургское дворянское депутатское собрание обязало его детей заплатить недоимку уже в размере 5539 рублей 33 копеек. На том основании, что, поскольку М.Я. Белямин был признан происходившим из обер-офицерских детей и ему был пожалован орден Св. Владимира, то он считался личным дворянином (личное дворянство, введённое Петром I, отличалось от потомственного тем, что не переходило детям). 

У Михаила Яковлевича и Анны Яковлевны Беляминых было восемь детей: Лидия, Ольга, Михаил, Юлия, Мария, Александр, Анна и Евгения. После смерти Михаила Яковлевича наследство было поделено между детьми. Межутоки получил старший из сыновей, Михаил, хотя усадьба по-прежнему оставалось любимым местом летнего отдыха всей семьи. Михаилу перешла и доля в «Товариществе Братьев Нобель» с условием справедливо делить доходы между всеми братьями и сёстрами. 

Михаил родился в 1864 году, окончил полный курс реального училища Св. Анны, затем дополнительный класс Петербургской гимназии Гуревича. Окончив Горный институт, Михаил Белямин становится помощником и партнёром своего отца. С 1895 года работает у Нобелей, с 1902 года — директор Правления «Товарищества братьев Нобель». С 1910 года – член правления Восточно-Азиатского нефтяного и торгового товарищества. С 1912 года – директор правлений Акционерного общества нефтяного производства «Эмба» и Общества содействия русской нефтяной промышленности. С 1914 года действительный статский советник. С 1916 года работал при Главном горном управлении. Был женат на Зинаиде Диомидовне, в девичестве Кущ. Михаил много читал, имел прекрасную библиотеку, одним из любимых его увлечений были шахматы. В своей жизни он много путешествовал по странам Европы, Азии и Африки. Собранная им коллекция картин русских художников после революции 1917 года вошла в фонд Русского музея. Дом, построенный им в Межутоках, отличался изысканными архитектурными формами и изящно обставленным интерьером. В период первой мировой войны он на собственные средства устроил в двух смежных квартирах дома Беляминых на Литейном лазарет для раненых солдат. 

Усадьба Межутоки

От станции Бологое до Межутоков ехали в экипаже. Это около 35 километров. В усадьбу въезжали со стороны дороги, идущей из Ильятино в Погарино. Через протоку, соединяющую Островито с Немегой, был переброшен мост, достаточно прочный и долговечный благодаря своей хитроумной конструкции. По берегам протоки были вырыты ямы, которые потом заполнили ивовыми прутьями, засыпали землей и утрамбовали. Именно на эти своеобразные подушки, которые не могла размыть вода, и опирался бревенчатый настил моста. Когда в 1985 году сгнивший деревянный мост разбирали, чтобы заменить его бетонным, мощному танковому тягачу далеко не с первой попытки удалось вырвать из земли этот ивовый «пирог».
 
От протоки к усадьбе шла дорога. На всём её протяжении от моста до усадьбы по левую сторону была выложена ограда из дикого камня. Эту ограду, вросшую в землю, а кое-где развалившуюся, видно и сейчас. Дорога поднималась на холм и приводила на центральный двор усадьбы. Перед подъёмом на холм в ограде имелась сложенная из красного кирпича арка с коваными воротами. Это был въезд к парадному северному крыльцу главного усадебного дома. Сегодня, если вы посмотрите под ноги у развилки дороги, то заметите камни от разрушенной арки. 

Центром усадьбы являлись три строения, разместившихся на холме между озёрами. Все три дома были выкрашены в красный цвет с белыми наличниками. Главный усадебный дом поначалу был деревянным, имел два одноэтажных крыла, двухэтажную центральную часть и веранду-столовую. На фасаде красовался герб.
На той стороне холма, что обращена в сторону Островито, стоял деревянный двухэтажный дом со смотровой башенкой, откуда открывался великолепный вид на озеро с его островами.

Напротив главного (на месте нынешнего административного корпуса) стоял одноэтажный деревянный дом для прислуги. В нём располагалась пекарня, а также квартиры экономки и приказчика.

Вокруг холма имелись несколько бревенчатых построек на каменных фундаментах: лабаз, скотный двор, сенной и дровяной сараи. На берегу Островито стояло одноэтажное каменное здание хозяйственных служб. В склонах холма было вырыто несколько погребов (ледников) со сводчатыми потолками, выложенными камнем. В них летом хранили съестные припасы. Ранней весной на озере выпиливали бруски льда и складывали их в ледники. Лед не таял там до осени, поддерживая холод, что позволяло хранить мясо и молоко. Больший из двух погребов, расположенных со стороны Островито, уходил вглубь холма метров на десять. В 60-е годы ХХ века, когда в усадьбе располагался детдом, его использовали в качестве склада горюче-смазочных материалов. Размеры позволяли въезжать туда небольшому грузовичку. Этот ледник разобрали в 80-е годы, поскольку его свод обветшал и стал обваливаться. Один из погребов (со стороны флигеля) сохранился до наших дней.

Помимо построек практического назначения планировка усадьбы содержала и романтические элементы, присущие дворянским поместьям. На север от парадного крыльца господского дома располагался ухоженный парк, через который вела аллея для прогулок. Аллея заканчивалась длинным деревянным мостиком через болотистую протоку, ведущим на уединенный островок на Немеге.


Фото с сайта http://www.mezhutoki.ru (база отдыха «Межутоки»)


1. М.М. и З.Д. Белямины на крыльце старого усадебного дома в Межутоках
2. За столом в Межутоках. Слева направо: Аркадий Ревель-Муроз, мадемуазель Вьош (гувернантка детей Анны Михайловны), Джесси, Анна Михайловна, её муж В.Ф. Симонович, священник К.В. Воинов, Зинаида Диомидовна Белямина. Из архива В.Г. Праксина, около 1911-12 гг.
3. А.М. Белямин, М.М. Белямин, М.М. Кущева, З.Д. Белямина. Из архива Савицких, Франция, август 1925 г.
4. Анна Михайловна Белямина у парадного въезда в усадьбу. Фото из архива В.Г. Праксина.

5. Старый усадебный дом, сгоревший в 1907 г. Фото из архива В.Г. Праксина.
6. У крыльца старого усадебного дома в Межутоках. Слева направо: Зинаида Диомидовна Белямина, Михаил Михайлович Белямин, Анна Михайловна Белямина (Стасова), ? (возможно, первый муж А.М. Беляминой – С.Д. Стасов). Из архива В.Е. Воиновой, 1906 г.
7. За столом у дома прислуги. Третья слева Анна Михайловна с дочерью Еленой, в центре Зинаида Диомидовна, на переднем плане Владимир Флавианович, в шляпе Александр Михайлович Белямин, 
крайний справа Аркадий Ревель-Муроз. Из архива В.Г. Праксина, 1911-12 гг.
8. Мостик на островок на Немеге. Слева направо: Зинаида Диомидовна Белямина, Шурик (сын Анны Михайловны), Анна Михайловна, Джесси (дочь Анны Михайловны), m-lle Lody (француженка-гувернантка детей Анны Михайловны), Маргарита Васильевна Белямина (жена Александра Михайловича). Из архива Савицких, около 1907 г.

9. Пристань на Немеге. Фото из архива В.Г. Праксина, июнь 1906 г.
10. Новый усадебный дом. Фото из архива В.Г. Праксина, 1909 г.
11. Новый усадебный дом освятил священник Троицкой церкви Константин Васильевич Воинов (сидит справа в верхнем ряду). Слева от него в фуражке Александр Михайлович Белямин. Ниже Анна Михайловна. Слева стоят Михаил Михайлович и Зинаида Диомидовна Белямины. Вид с парадного (северного) крыльца. Фото из архива В.Г. Праксина, 1909 г.
12. На автомобиле за грибами. Межутоки. В машине: мадемуазель Вьош, Анна Михайловна, Зинаида Диомидовна, за рулём Аркадий Ревель-Муроз, на земле дети Анны Михайловны: Елена, Шурик, Джесси. 
Фото из архива В.Г. Праксина, около 1911-12 гг.

13. Прогулка верхом. Михаил Михайлович и Зинаида Диомидовна Белямины. Фото из архива В.Г. Праксина, июнь 1906 г.
14. Птичник. Фото из архива В.Г. Праксина.
15. Усадьба Межутоки. Фото из архива В.Е. Воиновой, май 1947 г.
16. Усадьба Межутоки. Фото из архива В. Егоровой, 1959 г.

17. Ильятинская школа-интернат в Межутоках. Вид со стороны парка. Фото из архива З.И. Мининой, 1964 г.
18. Усадьба Межутоки. Фото из архива ГМТП «Орион», 1980 г.
19. Усадьба Межутоки. Дом с башенкой на берегу Островито, вид со двора. Из архива В.Е. Воиновой, 1947 г.


icon-car.pngFullscreen-Logo
Усадьба Межутоки

Карта загружается. Пожалуйста, подождите.

Усадьба Межутоки 57.800871, 33.702922 Усадьба Межутоки

Рубрика: Бологовский район

Ваш вклад в развитие проекта:

Другие усадьбы в данном районе: