Памятники Архитектуры Подмосковья

Усадьба Дугино


Усадьба Дугино (Россия, Московская область, Домодедовский район, Мещерино). Главный дом усадьбы Дугино сгорел 3 мая 2014 г., фото после пожара на вкладке «Фотографии».

Всего столетие назад под крышей этого протяжённого здания, частично надстроенного третьим этажом, и утратившего наружную отделку в духе эклектики, бывали многие выдающиеся русские художники: В.А. Серов, В.Э. Борисов-Мусатов, И.И. Левитан, И.С. Остроухов, И.Э. Грабарь, А.М. Васнецов, А.М. Корин, В.В. Переплётчиков.
Усадьба, должно быть, получила своё название из-за речной излучины-дуги на реке Пахре, густо поросшей ивняком, старыми вётлами и разнородным подлеском. На возвышенном берегу Пахры была устроена полукруглая смотровая площадка «Кружок», с периметральной обсадкой берёзами.
Имение обустраивал в конце XIX столетия купец первой гильдии — Василий Ефремович Мещерин. После скоропостижной кончины коммерсанта — владельца Дугино и процветавшей Даниловской мануфактуры, по купеческому обычаю, в права наследования вступил его старший сын — Николай Васильевич Мещерин. Далее имение передавалось по наследственной линии.






После прокладки современного шоссе, трасса которого пролегла всего в пяти метрах от главного дома, он, разобщённый с хозяйственным комплексом, лишился не только служебных построек, из которых единственно уцелели теплицы, но и большей, красивейшей части своего паркового окружения.
Время постройки усадебного дома документально не установлено, по одним источникам это 1890-й год, по другим — более ранняя дата. Трёхэтажный объём на фланге, обращённом к дороге, отделан во вкусе советской архитектуры 1930—1950-х гг. Он продолжается двухэтажным массивом под высокой двускатной кровлей, разделённым на этажи тянутым карнизом. Другое крыло сооружения на торце имеет низкую, застеклённую веранду с крупными арочными окнами, имеющую характер галереи. Эта веранда, вечно сырая, без части стёкол, в изящных, плавно очерченных переплётах, стала убежищем для местных мартовских котов.
Впечатления от весенней природы в Дугино мастерски передал И.И. Левитан в своём произведении «В начале марта». Свою жизнь с имением прочно связал другой крупный мастер живописи — Игорь Эммануилович Грабарь.
После революции замечательное прошлое усадьбы Дугино быстро забылось. Дом, которому было предначертано судьбою стать одним из видных Подмосковных музеев, по воле случая превратился в безликий советский дом отдыха «Мещерино». 

Наталья Бондарева

  • Главный дом, перестроенные теплицы
  • Остатки парка


Г.А. Наумова «Прогулки в окрестностях Горок». М., 2006

Деревня Чурилково и усадьба Дугино

В приходе церкви Воскресения Христова с. Колычева находилась небольшая, ничем не примечательная д. Чурилково, в которой к концу ХVII в. было всего 11 дворов. Деревня располагалась на левом берегу р. Пахры в окружении лесов, изрезанных покосными полянами и глубоким Дугинским оврагом. 

Усадьба Дугино, пейзаж в окрестностяхЗемли, на которых расположены д. Чурилково и соседнее поселение Дугино, были освоены человеком давно – около тысячи лет назад, о чем свидетельствуют сохранившиеся курганы ХI-ХIII вв. В период древнерусского государства «на Дугинском овраге» был погост — это один из древних типов поселения на Руси. Историк С.Б. Веселовский дает следующее объяснение погостам: «"Погост” происходит от слова ”гость”». В древнерусском государстве и позже, в период образования централизованного государства, «гостем» называли приезжего издалека торгового человека. В древние времена торговля была в их руках и носила сезонный характер. Места, где в определенные времена года происходили торжища, назывались «погостами»». Вероятнее всего, торги происходили в привычных местах, где обычно проводились народные сходки и языческие мольбища. С принятием и распространением христианства на погосте стали ставить церковь, и погост приобрел значение церковного прихода. Затем погост перешел в разряд «пустошей» (пустой, незаселенный, невозделанный участок земли). Как пустошь Дугино просуществовало до второй половины ХIХ в., т.к. ни в «Указателе Селений и жителей Уездов Московской губернии» Нистрема, ни в «Списках населенных мест по сведениям 1859 г.», ни в других официальных справочниках того времени мы не находим данного населенного пункта. И только в Справочной книге Московской губернии, составленной управляющим канцелярией Московского губернатора А.П. Шрамченко (М., 1890 г.) записано: «При пустоши Дугиной потом. поч. граждан Михаила, Николая и Андрея Васильевичей Мещериных». 

Дугино возродилось в начале 1870-х гг. благодаря московскому купцу 1-й гильдии Василию Ефремовичу Мещерину, владельцу Даниловской мануфактуры, комиссару Городской Казны. 

Первоначально это была небольшая красильная фабрика по отделке и ручной набивке различных тканей и платков в Даниловской слободе в Москве. Важной вехой в жизни предприятия стал 1867 г., когда владельцем его стал В.Е. Мещерин, сыгравший заметную роль в его становлении и расширении. Уже через четыре года после приобретения на фабрике работало 400 станков. Мещерин из года в год расширял производство и к 1876 г. довел количество станков до 794, при числе работающих около 1250 человек. Здесь вырабатывались миткаль, бримантин, бумазея, бязь, кашемир, атлас, ватин, жаккардовые ткани, репс мебельный, ситец, платки и т.д. Готовый товар продавали в Москве на Мещеринском подворье и на ярмарках: Нижегородской, Ирбитской, Крестовской и прочих98. На начальном этапе предприятие производило только ткани, а крашение, отделка и набивка производилась на предприятиях Иванова и Москвы. С целью расширения производства Василий Ефремович учреждает паевое «Товарищество Даниловской мануфактуры» с основным капиталом в 3 млн. рублей, разделенных на 1000 паев по 3000 руб. каждый. Сюда вошла и принадлежащая ему ткацкая фабрика со всем движимым и недвижимым капиталом. Высочайший указ был утвержден 23 июля 1876 г., а действовать «Товарищество» начало с 1877 г. Правление Товарищества Даниловской мануфактуры размещалось на Ильинке, в доме Мещериных, директором-распорядителем стал Василий Ефремович, директором – А.М. Михайлов, управляющим конторой – Ф.А. Лемкуль.

Семья Мещериных в Москве проживала в Пятницкой части, в приходе церкви Черниговских Чудотворцев, в собственном доме. В начале 70-х гг. ХIХ в. глава семьи заключил договор с крестьянами Островской волости Подольского уезда об аренде земельного участка, где и начинает строительство загородной дачи. «Судя по фотографии 1900-х годов с изображением одного из фрагментов дома, — пишет известный искусствовед Т.П. Каждан, — можно догадываться об эклектическом убранстве его фасадов»101. ( Фото № 50) Впрочем, достроить дом В.Е. Мещерину не удалось – в 1880 году он скоропостижно скончался в 47 лет. Усадьба в дальнейшем благоустраивалась под руководством его вдовы, Марии Яковлевны Мещериной, потомственной почетной гражданки и их старшего сына Николая, которому в то время было 16 лет. Он мало занимался делами отца, вопросы коммерции и производства его не привлекали, несмотря на то, что Н.В. Мещерин учился в Московской Практической академии коммерческих наук, основанной московским купечеством. Его привлекала живописная природа Подмосковья: светлые березовые леса, река Пахра, размеренная деревенская жизнь. Он подолгу жил в Дугине, которое «не променял бы на все чудеса света». Здесь начал заниматься живописью. 

Усадьба представляла собой двухэтажный каменный дом, окруженный парком, который по пологому берегу спускался к реке. В состав имения входили разного рода хозяйственные постройки: конюшня, рига, амбар, сараи, теплица и прочее. В Памятной книге Московской губернии на 1900 г. значится, что за Мещериным Н.В. записано 74, ½ десятин земли, стоимость которой по оценке для взимания земского сбора составляла 2384 руб102

Дугино служило своим хозяевам не столько доходным имением, сколько удобным и приятным загородным домом для отдыха и приема гостей. «Гощу я у одного приятеля художника Мещерина в имении. У него великолепная мастерская, живет здесь сам, с женой, а летом его братья, дети, родственники, словом человек 20 за столом – это норма, а бывает и 40», — писал И.Э. Грабарь из Дугина в августе 1906 г. А.А. Луговому, редактору популярного еженедельного иллюстрированного журнала «Нива». В конце ХIХ – начале ХХ вв. эта подмосковная усадьба стала играть заметное место в художественной жизни Москвы. 

Н.В. Мещерин не сразу пришел к занятиям живописью, «что-то неуклонно влекло его в область эстетики, но он никак не мог найти своей настоящей дороги: то он разводит по своим рисункам сад у себя в имении, то занимается фотографией, то делает картины из трав и сушеных цветов».

Наконец, его устремления определились, и всю последующую свою жизнь он посвятил живописи, «изображению простой русской природы». Первые свои работы: «К весне», «Осина», «Поздняя осень», «Теплый весенний день», «Сирень» и др. — Н.В. Мещерин представлял на выставках Товарищества передвижных художественных выставок. Позднее он активно участвовал в работе выставок, проводимых «Союзом русских художников» и «Миром искусств» в Москве и Петербурге. Его творческими наставниками можно считать живописцев М.Х. Аладжалова, В.В. Переплетчикова, А.М. Корина, которые часто бывали и работали в Дугине. «Часто бывал у нас Мещерин, который брал уроки живописи у папы, — впоследствии вспоминала дочь А.М. Корина Наталья Алексеевна, — Они также дружили и часто ездили к Мещерину в имение Дугино, где вместе писали этюды». А.М. Корин был видным художником Московской школы живописцев. Являясь разноплановым художником, он замечательно писал жанровые картины, делая к ним множество карандашных зарисовок, а сюжеты Алексей Михайлович брал из повседневной жизни русской деревни. Много работал в Дугино у Мещерина и М.Х. Аладжалов, его приятель и наставник: «Аладжалов уехал на этюды, когда стояли ещё 20-ти градусные морозы и с тех пор всё пишет...» М.Х. Аладжалов ученик А.К. Саврасова и И.М. Прянишникова преподавал в Строгановском училище. Художники ценили его «за чувство поэзии, за его ощущение природы...»

Художников привлекала симпатичная личность Николая Васильевича, его желание помочь. С.С. Голоушев, главный московский критик, писавший под псевдонимом Сергей Глаголь, сам художник и человек близкий к художественным кругам Москвы, заметил, что Мещерин был «близок сердцу художников»108. В Дугино всё располагало к творчеству: обаяние и радушие семьи Мещереных, материальные возможности, и наконец, русская природа: тёмные леса и весёлые перелески, зори, догорающие над лугами, закаты над рекой, тонкий звон колокольчиков пасущегося стада, омуты и заводи, ржаные поля, прихотливо вьющиеся просёлочные дороги, ночное небо... В непринуждённой атмосфере Дугинского дома свободно развивались их искусство и талант. Здесь были написаны многие замечательные произведения и среди них полотна, которые имеют не только художественную, но и историческую ценность, т. к. сохранили для нас виды окрестностей и поселений. Среди них: «Зимой в лесу» В.В. Переплётчикова, «Дали» и «Весна в деревне. с. Колычёво» М.Х. Аладжалова, «Сирень. Скамья» и «Парники. Дугино» А.М. Корина, «Пейзаж у деревни Расторгуева» В.Н. Мешкова, «Летний вечер» А.П. Васнецова и другие.

«Последние две зимы провел в Дугине с И.Э. Грабарем, — писал в 1905 г. в своем дневнике В.В Переплетчиков. — Это очень умственно живой человек, талантливый художник, отзывчивый на всякие художественные вопросы. Немного, мне думается, найдется и за границей таких образованных художников. При этом огромная трудоспособность. Сталкиваясь с подобными людьми, многому можно у них научиться, потому что и сами они многому учились и знают». И.Э. Грабарь – живописец, искусствовед, возглавлял Третьяковскую галерею (1913—1925 гг.), историк искусства, реставратор и защитник памятников культуры. Начиная с 1900-х гг., он работал в имении Дугино, в одной мастерской с Н.В. Мещериным, где создал жизнерадостные, проникнутые светом пейзажи, воссоздающие образ Подмосковной природы и быт крестьян окрестных сел и деревень («Февральская лазурь», «Мартовский снег», «Угасающий день. Усадьба», «Весенний поток» и другие). Игорь Эммануилович подолгу жил в Дугине: «В деревне (под Москвой), где я почти безвыездно живу круглый год». Много здесь работал: «Работаю во всю Ивановскую, а главное, ей богу, не плохо. Я давно этого дожидался. Т.е. чтобы, наконец, не плохо было». 

В 1905—1913 гг. у художника наступил период увлечения историей искусства. Он создал ряд монографий о творчестве И.Е. Репина, И.И. Левитана, В.А. Серова и других русских художников, был инициатором издания, редактором и автором важнейших разделов «Истории русского искусства». «Грабарь погружен в работу по истории искусства», — писал в письме к В.Н. Домогацкому из Дугина Н.В. Мещерин. Об этом свидетельствует и многочисленная переписка И.Э. Грабаря с издателями, архитекторами, художниками, искусствоведами. (Фото №№ 56-57) И.Э. Грабарь был влюблен в Дугино, его природу: «Я в первый же день проехался, чтобы ознакомиться с окрестностями Дугина, которыми остался очень доволен, особенно обилием берез. Это странное дерево, единственное среди всех белое, редко встречающееся на Западе и столь типичное для России, меня прямо завораживало», а в одном из писем к М.В. Добужинскому он писал: «Я совсем пьян сегодня от воздуха, солнца, весны и деревни. Просто в угаре от красоты».

Дружеские отношения с Н.В. Мещериным и его семьей впоследствии переросли в родственные: «Конечно я застрял и на вторую зиму, на второй, третий, четвертый и на тринадцатый год, превратившись в одного из старейших дугинских аборигенов»114. В апреле 1913 г. он женился на дочери Михаила Мещерина, брата художника – Валентине: «Чудесная девушка, очень славная, добрая, умная и талантливая и любит меня очень, как и я ее, — писал Игорь Эммануилович своей матери из Дугина, — на Красной горке обвенчаемся здесь в Дугине, т.е. в церкви соседнего села». 

На творчество Н.В. Мещерина оказала большое влияние постоянная работа на природе рядом с художниками разных направлений, такими как А.М. Васнецов, И.Э. Грабарь, И.И. Левитан, С.В. Малютин, А.С. Степанов, А.М. Коровин, В.А. Серов и другие. Он усердно работал над этюдами и картинами, стараясь писать «с настроением». В его работах преобладают пейзажи на различные темы: оттепель, ранняя весна, первый снег, опушка леса, сирень и т.п. «А дожди сменились грозами. Очень хороша растительность вообще. Работаю немного и усердно, утешаюсь граммофоном. Люблю очень музыку, а на безрыбье и рак рыба», — писал Николай Васильевич в письме из Дугина скульптору В.Н. Домогацкому. Свои работы Николай Васильевич выставлял в Москве, Петербурге, Вологде, Киеве и других городах на периодических выставках «Союза русских художников» и «Мира искусства». Сюжеты для них он брал из повседневной жизни русской деревни. (Деревенская страда. «Талантливый и тонкий художник-лирик, человек большой поэтической настроенности», — такова оценка творчества Н.В. Мещерина современниками.

«В годы империалистической войны члены «Союза русских художников» организовали благотворительные выставки «Художники Москвы – жертвам войны». 50 процентов от продажи картин шли на оказание материальной помощи нуждающимся, также и суммы от продажи входных билетов и проч. в пользу раненых»118,- отмечал в своих записных книжках, хранящихся в литературном архиве, художник В.В. Переплетчиков, близкий друг Н.В. Мещерина, его товарищ по учёбе в Императорской Московской Практической академии коммерческих наук, известный московский пейзажист, ученик В.Д. Поленова и И.И. Левитана, частый гость его загородного имения. (Фото № 63)

В Дугине у Мещерина сформировалась замечательная коллекция из его собственных работ и картин его близких друзей – художников М.Х. Аладжалова («Летом», «Колокольня в снегу», «Зима»); В.Е. Борисова-Мусатова («Колонна с синей гирляндой» — этюд); С.А. Виноградова («Чайный стол»); Н.А. Тархова («Улица большого города во время дождя»); А.М. Корина («Художник Н.В «Мещерин перед мольбертом»); С.Ю. Жуковского («Яблони в цвету»); Л.О. Пастернака (Портрет Л.Н. Толстого); В.В. Переплетчикова («Речной берег зимой», «Оттепель»); П.И. Петровичева («Опушка леса при закате»); В.И. Соколова («Лес осенью»); И.Э. Грабаря («Весенний поток», «Карусель») и т.д. После смерти Н.В. Мещерина его собрание унаследовала А.И. Горячева-Мещерина.

Многочисленная семья Мещериных, живя в Дугине, занималась благотворительной деятельностью. В 1887 г. глава семьи Мария Яковлевна пожертвовала 1000 рублей серебром на содержание богадельни, открытой при женском Крестовоздвиженском монастыре в соседнем сельце Лукине. Колычевская школа в большей степени существовала за счет средств Н.В. Мещерина: ремонт здания, благоустройство территории, приобретение учебников и школьных принадлежностей. В Рождество и на Пасху ученики получали от него подарки — пакеты со сладостями. Помогали Мещерины и другим сельским школам в округе: в 1903 г. пожертвовали 350 руб. на строительство церковно-приходской школы в д. Ново-Съяново, а в 1909 г. бесплатно отпустили лес на постройку церковно-приходской школы в с. Ирининском, также они были постоянными жертвователями Лукинского монастыря и вносили крупные суммы на его нужды, в том числе и на строительство храма Вознесения Господня.

Н.В. Мещерин скончался в 1916 г. в своем подмосковном имении и был похоронен на кладбище Крестовоздвиженского монастыря, рядом с могилой его матери. После его смерти творческая жизнь в усадьбе, где на протяжении двадцати лет работало столько русских художников, затихает.

Дугино оставило свой заметный след в истории отечественного искусства. В 1917 г. имение было национализировано, и, как это часто случалось в первые годы Советской власти, переходило из ведения одной организации в ведение другой. В начале 20-х гг. в усадьбе был организован совхоз «Мещерино-Котляково», который недолго просуществовал. Позднее дом с хозяйственными постройками и службами был передан в ведение транспортного отдела ВЦИК РСФСР. Впоследствии главный усадебный дом перестроили, а парк пришел в запустение. Не сохранилось и прежнее название: Дугино и окрестности стали именоваться Мещериным, здесь происходила иная жизнь, а былая известность, некогда сопутствовавшая этому месту и его владельцам, забылись. В настоящее время имение принадлежит Академии пограничных войск России.

Литература:
Г.А. Наумова «Прогулки в окрестностях Горок». М., 2006, с. 44-52

Новые известия 21 Мая 2014 г. 20:45
Культура в огне: потомки художника Грабаря просят спасти дом усадьбы «Дугино»

Подмосковье продолжает терять памятники культуры – не охраняемые и не содержащиеся должным образом, они горят один за другим. В начале мая огонь почти уничтожил главный дом усадьбы «Дугино» (XIX в.), расположенной в городском округе Домодедово. Объект по значимости сравним с усадьбой «Абрамцево» Мамонтовых, но, как оказалось, он не был причислен к памятникам культуры. Потомки художника Игоря Грабаря, прожившего в «Дугино» около 13 лет, просят восстановить дом и создать в нем музей.

Усадьба «Дугино», до революции принадлежавшая художнику Николаю Мещерину, стала творческой мастерской чуть ли ни для всех московских художников рубежа веков. Здесь гостили или подолгу жили Исаак Левитан, Аполлинарий Васнецов, Виктор Борисов-Мусатов, Валентин Серов, Александр Степанов и многие другие. На протяжении 13 лет в «Дугине» жил художник, искусствовед, реставратор и попечитель Третьяковской галереи Игорь Грабарь. В этом доме он создал самые известные свои картины и работал над «Историей русского искусства».

Каменный усадебный дом «Дугино», построенный в конце XIX в. в стиле эклектики, был частично перестроен при советской власти, рассказывает помощник председателя совета Московского областного отделения ВООПИиК Ирина Трубецкая в статье «Что ждет усадьбу Дугино?» Однако на первом этаже сохранилась прежняя планировка, в том числе большая столовая, где некогда собирались все обитатели дома. До недавнего времени бывшая усадьба принадлежала Академии пограничных войск РФ. Главный дом использовался под жилье для слушателей Академии. 
«Мы, потомки Грабаря, неоднократно собирались на выставках, проводимых музеем «Горки Ленинские», и об усадьбе «Дугино», конечно, слышали, — рассказала «НИ» правнучка художника искусствовед Елена Грабарь. — Но мы знали, что там находится общежитие ФСБ, поэтому понимали, что о создании музея речи быть не может. А потом мы узнали, что три года назад дом остался без хозяина. Он стоял заброшенный, его отключили от коммуникаций».

Пустовавший дом сильно обветшал — окна были разбиты, крыша текла, стены облезли, парк вокруг дома был уничтожен. Местные жители предполагают, что участок усадьбы вокруг дома был продан под застройку и что недавний пожар мог быть этапом уничтожения здания. Очевидцы пожара, начавшегося вечером 3 мая, слышали, как огнеборцы уверенно говорили о поджоге крыши по периметру с использованием бензина. В результате ЧП сгорели кровля и деревянные межэтажные перекрытия. 

«Дом подожгли, но не сожгли — его историческая часть сохранилась. Сгорели крыша и третий этаж, который был пристроен в советское время. Костяк дома остался. Есть что сохранять», — уверена Грабарь. «У нас информация, что дом до пожара был крепкий, потому его и решили сжечь. Он три года стоял без отопления, но не разрушился — там потолки крепкие, стены», — отмечает Трубецкая.

Родственники знаменитого художника неоднократно пытались выяснить, кто является собственником дома, но продвинуться в этом вопросе им так и не удалось. Администрация Домодедово сообщила им, что здание не относится к городскому округу. Оказалось даже, что дом не числится на балансе Московской области. «Как будто бы его нет! — отмечает искусствовед. — Мы сделали запрос в Росреестр, ответ еще не пришел. Но там могут назвать только владельца земельного участка, если таковой значится в документах. Собственника дома мы найти не можем. Понятно, что он не заинтересован в сохранении здания и уж тем более в создании там музея. Интересно, что у дома даже нет адреса. Какая-то очень мутная история». 

Найти хозяина дома необходимо, чтобы Министерство культуры Подмосковья, которое на словах проявило интерес к вопросу внесения усадебного здания в охранный список, направило ему письмо с рекомендацией не сносить дом, так как заявка по нему находится на рассмотрении. 

Оснований для присвоения дому статуса объекта культурного наследия, по мнению Елены Грабарь, предостаточно: «Материалов по дому у нас очень много. Есть масса исследований и по истории самой усадьбы, и по ее последнему владельцу — художнику Николаю Васильевичу Мещерину, на внучке которого женился Грабарь. Место очень тесно связано с художественной жизнью Москвы». 

Родственники художника собираются привлечь к делу сохранения главного дома «Дугино» Третьяковскую галерею, поскольку там хранятся все архивы и Грабаря, и Мещерина и выставлены работы, которые Грабарь написал в усадьбе: «Февральская лазурь», «Мартовский снег» и другие. «Все свои самые яркие, известные всем, хрестоматийные работы он написал именно в «Дугино», — отмечает Елена Грабарь. Потомки художника также надеются на поддержку Института искусствознания.

Они уже составили и отправили письма министру культуры Подмосковья Олегу Рожнову и губернатору региона Андрею Воробьеву. «Мы, потомки И.Э. Грабаря и владельцев усадьбы Мещериных, очень обеспокоены ситуацией, сложившейся вокруг усадьбы. Пока еще не поздно, призываем не допустить уничтожения дома и самого места, которые являются важной частью нашего культурного наследия и русского искусства.

Мы бы хотели поставить вопрос о восстановлении дома, придании ему статуса памятника культуры и создании в нем музея», — говорится в посланиях, под которыми стоят семь подписей.

Одновременно делом сохранения усадьбы занялось подмосковное отделение ВООПИиК. «Мы подали в Минкультуры Московской области заявку о включении усадьбы Дугино в перечень объектов, обладающих признаками объектов культурного наследия. Наделение этим статусом предшествует экспертизе. Сейчас мы общими усилиями начнем готовить экспертизу, — сообщил «НИ» председатель организации Евгений Соседов. — Мы даже не предполагали, что усадьба никак не охраняется, поэтому вопрос о ней раньше не поднимали. Мы были сильно удивлены, что такой объект, обладающий явной ценностью, не имеет никакого охранного статуса. Нам пока не удалось выяснить, ни кому принадлежит участок, ни даже адрес этого дома. То ли он остается на балансе ФСБ до сих пор, то ли все это уже продано». 

Памятники культуры загораются в Подмосковье с пугающей регулярностью. Буквально месяц назад в Пушкино был подожжен дом Струковых, более известный как дача Паустовского. Место под домом районная администрация ранее собиралась отдать застройщику, но общественность и ВООПИиК отстояли памятник культуры. 

Осенью 2013 года сильно пострадал от пожара дом Воронина в поселке Елизаветино Ногинского района. Многие другие некогда прекрасные образцы архитектуры Подмосковья сгорели полностью, и теперь местные власти пытаются снять с них охранный статус, чтобы можно было использовать земельные участки. Такая заявка подавались, например, по лежащей в руинах после пожара даче Лыжина в Ивантеевке. К счастью, сделать это по закону не так-то просто. Однако ответа на вопрос, на какие средства отстроить погибшие в огне памятники культуры, у подмосковных властей пока нет.


Фото из книги: Г.А. Наумова «Прогулки в окрестностях Горок». М., 2006


По порядку:
1. Гости усадьбы Дугино
2. Усадьба Дугино. В мастерской художника Н.В. Мещерина, 1900-е гг.
3. Гости усадьбы Дугино
4. И.Э. Грабарь, М.В. и Н.В. Мещерины. Дугино, 1900-е гг
5. И.Э. Грабарь и В.М. Мещерина. Дугино, 13 апреля 1913 г.
6. Н.В. Мещерин, конец XIX в.
7. В.Е. Мещерин, купец 1-й гильдии, хозяин имения Дугино
8. М.Я. Мещерина, потомственная почетная гражданка
9. Усадьба Дугино, 1900-е гг.
10. В.В. Переплетчиков, 1902 г.
11. Дом в усадьбе Дугино
12. Усадьба Дугино. Интерьер жилой комнаты


От Горок Ленинских на посёлок Мещерино, в котором сохранились остатки меценатской усадьбы Дугино, нет указателя. Дорога, с хорошим асфальтированным покрытием, извилистой змейкой вьётся через открытые поля и светлые берёзовые рощи. Бывший господский дом, среди скучной застройки посёлка, выделяется благородством форм, хотя и новообретённых.

icon-car.pngFullscreen-Logo
Усадьба Дугино

Карта загружается. Пожалуйста, подождите.

Усадьба Дугино 55.495783, 37.825037 Усадьба Дугино

Рубрика: Домодедовский район

Ваш вклад в развитие проекта:

Другие усадьбы в данном районе: