Памятники Архитектуры Подмосковья

Можайск. Соборный комплекс, Ново-Никольский собор


Соборный комплекс в Можайске (Россия, Московская область, Можайский район, г. Можайск, ул. Бородинская, 8)

Первое летописное упоминание о Можайске относится к 1231 году, когда князь Ярослав (отец Александра Невского) во главе новгородского войска осаждал Можайск, но не смог его взять. Можайск в то время был сильным, хорошо укреплённым городом Смоленского княжества. Центром самостоятельного княжества он стал в 1239 году, а в 1303 году был присоединён к Москве. С этого времени Можайск стал её первым крупным форпостом на западной границе. Поэтому и сложилась пословица «Загнать за Можай», то есть за границу московских владений.
Ещё в первой половине XIII в. Можайск имел детинец с деревянными стенами и башнями. В 1541 году можайская крепость была коренным образом перестроена: вместо прежних укреплений возвели каменные башни и бревенчатые стены, обмазанные глиной, а в 1624—1625 гг. крепость стала полностью каменной. Достигавшая в окружности 321 сажени, она имела 8 башен, из которых две были проездными. Утратив оборонительные функции, можайский кремль постепенно ветшал и в 1802 г. был разобран.
Соборный комплекс в Можайске (ул. Бородинская, 8-9), образованный двумя храмами, венчает ныне пустынный кремлёвский холм.





Небольшой по размеру Старо — Никольский собор представляет собой близкую копию храма XIV-XV века. Четырёхстолпный одноглавый, с тремя апсидами он поставлен на подклет. Величественный Ново — Никольский собор — выдающееся произведение псевдоготики, благодаря высоким художественным достоинствам является настоящим украшением города. Это грандиозное здание строилось с перерывами с 1779 по 1814 г. Наличие в его архитектуре классической основы в сочетании с декоративными мотивами ложной готики и национального романтизма побудило исследователей связывать его автора со школой М.Ф. Казакова. Многоярусная соборная колокольня с цилиндрическим ярусом звона служит основным архитектурным ориентиром Можайска.
Здания господствуют в городской среде, хорошо обозримые с ближних и дальних расстояний. В Старо — Никольском соборе — краеведческий музей. В Ново — Никольском соборе уже проходят богослужения и параллельно ведутся реставрационные работы.


___________________

Пару лет назад я приобрела книгу Владимира Куковенко «Масонская архитектура и масоны Можайска» Можайск, 2006, позволившую по иному взглянуть на историю и экстерьер уникального Ново-Никольского собора.

Автор в своих исследованиях опирался на научные и архивные источники, к сожалению, Владимир Иванович не приводит названия архивов и номеров фондов, что исключает всякую возможность другим исследователям воспользоваться его находками.Работа В.И. Куковенко основана на серьезных математических выкладках, а так же автор демонстрирует великолепное знание мер русских и иностранных длин.

Теперь у меня сложилось стойкое впечатление, что само строительство и существование собора окутано плотной завесой тайн, а его декоративное убранство наделено масонской символикой (пусть и частично утраченной), несущей глубокую смысловую нагрузку. Прочитанное, всколыхнуло угасший интерес к этой неординарной постройке, в особенности после того, как у меня впервые за 15 лет появилась возможность подняться на колокольню и увидеть чрево храма «изнутри». Приведу несколько наиболее любопытных цитат из упомянутого издания.

«Хотя и принято называть архитектурную форму собора псевдоготической, но, скорее всего, здесь имеет место смешение различных стилей и эпох. По своему облику храм близок к храму Петра и Павла в С.-Петербурге и напоминает больше костел, чем православную церковь. Отличает его от православных храмов и внешний декор: фасады украшены спаренными колоннами и полуколоннами, на фронтоне помещены многочисленные шестиконечные звезды и пирамидки из белого камня, увенчанные шарами. Над входами еще совсем недавно можно было видеть перевернутые треугольники (сейчас все они сколоты).

Подобные элементы отделки есть не что иное, как масонские символы, заимствованные на рубеже XVIII—XIX вв. из Западной Европы вместе с учением вольных каменщиков. Определить это достаточно просто — в любой книге по масонству можно найти и рисунки, и подробное объяснение эзотерической сути этих знаков. Значительно труднее ответить на множество вопросов, возникающих вслед за этим: почему эти символы столь обильно украшают православный храм, и что стоит за этим — случайность или преднамеренность? Что должны поведать нам эти символы, и какие тайны они скрывают?

Задавшись подобными вопросами, читатель вряд ли найдет на них ответы. За двести лет, что стоит храм, не появилось ни одного исследования по его архитектуре и символике. Имеющаяся литература по краеведению Можайска крайне бедна и своим количеством, и своим содержанием. Бесполезно искать сведений о Новоникольском соборе в собраниях государственных библиотек, нет их и в Центральном историческом архиве. Весь этот путь настойчивых, но безрезультатных поисков я уже терпеливо прошел, поэтому и говорю об этом с уверенностью. Надо признать, что мы практически ничего не знаем о храме. Ни имени его архитектора (предположительно называют и Казакова, и Бакарева, и некоторых других), мы не знаем даже точного времени строительства. Не сохранилось ни подлинных чертежей, ни документов по собору»... <…>

Строительство Ново-Никольского собора началось на месте его предшественника, сооруженного в в 1682—1685 гг. «Прежде всего были снесены башни и стены крепости, срыты большей частью валы, взамен старого деревянного моста был построен новый, каменный. Откосы крепостного холма, с той стороны, где должен был стоять новый храм, не были достаточно прочны, поэтому они были разрыты и укреплены подпорными стенами и контрфорсами на глубину до десяти сажен (более двадцати метров). Затевалось нечто масштабное, и для уездного города, с населением не более трех-пяти тысяч человек, немыслимо дорогое.

Вызывает вопросы и финансирование строительства. Конечно, народ шел к чудотворной иконе и оставлял свои пожертвования, но трудно поверить, что новый собор строился только на эти деньги. Кто так щедро оплачивал огромные расходы — это тоже одна из загадок.

Отечественная война 1812 года задержала работы, и строительство завершилось лишь весной 1814 года.

В плане храм вписан в неправильный четырехугольник, ни одна из сторон которого не равна другой. Храм (без колокольни) имеет форму прямоугольной трапеции: северная и южная сторона являются основаниями, восточная и западная — боковыми сторонами. Западная сторона меньше восточной на 1,5 м. То же самое повторяется и в колокольне с папертью (они объединены общим архитектурным объемом). Элемент западного фасада развернут относительно поперечной оси здания на 5-6°. Создается впечатление, что храм был построен (а может быть, и спроектирован) весьма небрежно и не профессионально. Когда я полностью вычертил план собора в масштабе, то долго не мог поверить ни себе, ни своим промерам — настолько все это выглядело нелепо.

Несколько позднее я имел возможность ознакомиться с отчетом института Спецреставрация за 1980-й год, в котором были помещены чертежи Новоникольского собора. Но там обнаруженных мною разворотов и непараллельностей не было. Должно быть, архитекторам этого института, как и мне, подобная асимметрия показалась настолько несуразной, что они отказались следовать ей и план собора несколько облагородили, выполнив его в прямых углах и параллельных линиях.

По мере накопления графического материала меня уже перестало удивлять подобное пренебрежение точностью: можайский храм выглядел совершенно симметричным и на чертежах Мособлреставрации (1962 г.), и на чертежах архитектора Козиной-Сергеевой (1944 г.) (Указанные материалы хранятся в музее им. Щусева). Эту повторяющуюся ошибку можно объяснить, скорее всего, тем, что промерялся не весь собор, а его половина. Вторую половину на чертежах представляли как зеркальное отражение первой, что и приводило к искажениям. Но чем же можно объяснить асимметрию собора?

Измерительная техника начала XIX века была, конечно же, примитивна, но и она позволяла легко выдерживать размеры и строить прямые углы. Методика вычислений была разнообразной и почти не уступала современной: применялись и линейные, и угловые построения, использовались и геометрические, и тригонометрические формулы, то есть был в ходу весь набор приемов, которыми до сих пор пользуются при проектных и строительных работах. Так почему же можайский храм был построен с искажениями?

Обращает на себя внимание и другая странность. Переводя линейные размеры храма из метрической системы в систему мер, применявшихся двести лет назад (сажень, аршин, фут, четверть, вершок, дюйм), мы не найдем ни одного размера, кратного единицам измерения... Длина храма 20.23 м, и этот размер не выражается кратно ни саженями (9.48), ни аршинами (28.44), ни футами (66.37). И так с любой линией!

Ни один проектировщик не будет, без крайней необходимости, пользоваться дробными размерами, поскольку они создают огромные трудности при их пересчете и, тем более; вдвойне неудобны при их переносе в натуру. Но архитектор можайского храма с каким-то непонятным упорством множил и множил подобные размеры»... <…>

Далее автор на примерах показывает, что в размерах храма довольно часто встречаются цифровые значения, указывающие на те или иные события, связанные с орденом Храма и его иерархов, а так же число дьявола. Эта загадочная тайнопись цифр прослеживается во всём…

«Стоит обратить внимание и на следующее: абсолютная отметка, на которой стоит храм — 203 м. Как и двести лет назад, так и сейчас в России высоты считались от нуля Кронштадтского футштока, т. е. от репера, отмечающего средний уровень Балтийского моря по многолетним наблюдениям. Поэтому никаких разночтений с измерениями XIX века и теперешними не может быть (кроме точности производимых работ). Переведя высоту из метрической системы в английские футы (которыми пользовались геодезисты того времени), мы получим отметку в 666 футов (202.9968 м)!

Случайное, хотя и с изрядной мистикой, совпадение? Можно с полной уверенностью сказать, что нет, не совпадение. Грунт на месте строительства собора был намеренно поднят, и была отсыпана ровная площадка именно с отметкой 666 футов. И этому есть прямое подтверждение. Как я уже упоминал, сохранились древние проездные ворота крепости — они вмурованы в цокольный этаж собора. Основание этих ворот ниже современного уровня грунта примерно на 2-3 м. Вот это и есть высота насыпного грунта. С технической точки зрения особой надобности в этой подсыпке не было. Необходимость ее видится лишь в плане мистическом». <…>

Далее весьма интересно описывается наличие системы подземных ходов, устроенных в Соборной горе.

«До сих пор коренные можайцы, чье детство прошло вблизи Новоникольского собора, рассказывают о подземных ходах и о пустотах в толще соборных стен, которые уходили куда-то вниз. После войны в этих подземельях нашли пристанище уголовники, и НКВД даже проводило специальную операцию по их уничтожению. Потом все это замуровали, и память о тайных лазах стала забываться. В 2002 году, во время ремонта храма, я спускался в его подвалы. В стенах еще оставались не заделанные проломы, и, заглядывая в них, можно было угадать арочные пустоты, почти полностью засыпанные битым кирпичом и белым камнем. Видимо, это и была сеть тайных ходов. Варварское (не могу подобрать другого слова!) укрепление фундамента собора, проведенное в этом же году, уничтожило последнюю реальную возможность изучения этих подземных ходов. Древняя толща стен основания была безжалостно просверлена по всему периметру, причем употреблялись буры большого диаметра (не меньше 200 мм), и скважины рас​полагались через один метр. Фундамент буквально превратили в решето! Через образовавшиеся каналы заливали раствор цемента, и рабочие рассказывали мне, что в иных местах они заливали несколько машин раствора, но так и не могли заполнить пустот. Нетрудно догадаться, что раствор уходил в подземные ходы. И вся эта работа оказалась не только бессмысленной, но и вредной, так как, не укрепив существенно основания, уничтожила безвозвратно часть уникального архитектурного комплекса».

Уже несколько лет существует опасная тенденция осыпания грунта кремлевского холма. Сегодня (лето 2013 г.) можно видеть, как у западного фасада Никольского храма часть насыпного холма сползла к его подножию… Становится тревожно за сохранность псевдо-готического гиганта. Интересно, встревожил ли этот факт ещё кого то кроме краеведов и случайных фотографов?

В Ново-Никольском соборе функционирует небольшой краеведческий музей – вход бесплатный.
Теперь каждый желающий может подняться на колокольню и полюбоваться окрестностями с высоты более, чем 50 м – стоимость 100 руб. с человека взимается в виде пожертвования. 

Наталья Бондарева

Литература:

Владимир Куковенко «Масонская архитектура и масоны Можайска» Можайск, 2006
ПАМО в. 3, Москва, 1999 с. 241-244

Старо-Никольский собор
Ново-Никольский собор
Часть ограды
Святые ворота 


Из книги:

В.Н. Рогожин. Когда были сломаны стены кремля в г. Можайске. 
Москва, товарищество типографии А.И. Мамонтова 1901 г.

Подготовка текста к печати В. Куковенко 
 

Административная переписка относительно строительства Новоникольского собора

22 мая 1802 года, как видно из дела архива Московского Городского правления, Московский Гражданский губернатор Аршевский отнесся рапортом Московскому военному Генерал-Губернатору графу Ивану Петровичу Салтыкову, в котором изъясняет, что «от определенных к Можайскому Никольскому собору строителей священника Григория Ильина и можайского купца Петра Маргорина, подано ему прошение, коим просят о позволении, находящийся в городе Можайске через ров мост, ведущий в крепость, перенесть, с прибавкою нового материала, церковным иждивением и протянуть его от лавок, имеющихся на нем, на нижний собор с построением вновь оных, а старый, затем, оставшийся материал и развалившуюся крепость отдать в собор с тем, дабы на счет оного поставлен был полисад и ворота или уступить сию последнюю (крепость) за сходную для церкви цену.
По делам же явствует: Высочайшим указом, данным бывшему главнокомандующему здесь, князь Юрию Владимировичу Долгорукому повелено: в городах Московской губернии, Коломне, Серпухове и Можайске крепостные стены, так же и ворота по крайней их ветхости разобрать, а на месте оных те города обнесть полисадником с воротами, какие обыкновенно при въездах употребляются, материалы же от разобранных стен продать, обращая вырученные деньги на сию самую работу. Вследствии чего предшественником моим и после мною вызываемы были неоднократно к покупке и разборке оных стен желающие, как через городничих и земские суды, так и чрез припечатания в публичных ведомостях; но желающих покупки оных стен, как в прочих городах, так и в Можайске мало явилось, да и то давали чрезмерно дешевую цену, так что недостаточно было бы вырученных денег на сделание полисадника, который, по учиненной архитектором смете, стоить будет до 2400 рублей, поелику же время от времени стены сия от ветхости разрушаяся, теряют всю цену, то я нахожу полезным и выгодным для казны уступить оную на построение Николаевского собора из выстройки полисадника, который, как выше значит, стоит по смете до 2400 рублей, каковой цены никто еще доселе не давал; продажа же той стены порознь сопряжена с великим затруднением и неудобством, да и не предвидится из того никакой выгоды; поелику, как из дела видно, что за разборку от 1000 целого кирпича менее 1 рубля 64 копеек не берут, а продать оную по тамошним ценам дороже нельзя 2 рублей 50 копеек.
Но не смея без позволения Вашего Сиятельства сам на сие решиться, долгом поставляю о том представя, просить в разрешении подписания, дополняя с моей стороны, что старая сия стена, ни выгоднее, ни пристойнее употреблена быть не может: поелику с таковым пособием сей древний и во всей России известный храм, по сделанному вновь в древнем виде и утвержденному здешним преосвященным митрополитом плану прекрасным образом построен будет. Что же касается до перенесения моста в другое место, то и сие весьма нужно, ибо и прежде предполагал я, миновав церковь, сделать в стене проезд в крепость, поелику ворота ныне под самою церковью и от сотрясения причиняемого проезжающими, часто вред всему зданию оному делается не меньше; однако же предписано от меня губернскому архитектору отправиться в Можайск и освидетельствовать, не будет ли в том какого неудобства и  препятствия».
На этот рапорт 31 мая 1802 года последовало от графа Салтыкова согласие на продажу и сломку стен крепостной стены «с уступкою материала на построение Николаевского собора до 2400 рублей».
7 августа того же года от губернатора Аршевского был подан вторичный рапорт, в котором он изъясняет, что вопрос о мосте оставлен был до освидетельствования губернского архитектора, который «осмотрев лично местоположение, доносит, что перенесение помянутого моста на предполагаемое место не только удобнее, но и для казны выгоднее, так и для проезжающих безопаснее, поелику он стоит теперь на косогоре, делая тем и для собора большой вред, отчего и показались в некоторых местах на оном трещины, при том же от означенных по конфирмованному плану близ него кузниц настоит от пожара опасность, строители же собора, обязуются оный выстроить для лучшей прочности каменный с деревянною настилкою. Я, находя с моей стороны перенесение моста, по свидетельству архитектора сколько нужным, столько и полезным, а также не видя никакого препятствия в выстроении на оном месте деревянных лавок, представляю о том на благоусмотрение Вашего Сиятельства»
На этот рапорт Аршевского 14 августа последовало следующее распоряжение Генерал-Губернатора, что «на перенесение имеющегося в городе Можайске чрез ров ведущего в крепость казенного моста на другое место от лавок на нижний собор церковным иждивением Можайского Николаевского собора по согласию смотрителя оного, с отдачею им старого материала, я весьма согласен и рекомендую Вам, к данному сего исполнению, взять однако замечание, чтобы со стороны духовного начальства не было на то какого-либо притязания».
Этим кончается найденное нами дело о сломке каменной стены; из содержания его можно вывести заключение, что крепостные стены города Можайска были сломаны в период времени 1802—1803 года и кирпич, и остальной материал был употреблен Николаевским собором как на ремонт самого собора,* так и на постройку каменного моста, который в настоящее время уже не существует».**

Примечания редактора сайта «Можайское историческое общество»:
*Здесь В.Н. Рогожин допускает ошибку, полагая, что Никольский собор в это время ремонтировался. На самом деле, проездная башня, на которой собор располагался, была разобрана, скорее всего, одновременно со стенами. От нее осталась нижняя часть с аркой проездных ворот. Весьма прискорбно, что административная переписка по поводу снесения старого храма и строительства нового до нас не дошла.
** Здесь также неточность: мост этот стоит до сих пор. Во всяком случае, никаких архивных документов, подтверждающих слова В.Н. Рогожина, до нас не дошло.

Тельтевский П.А. Можайск//Тельтевский П.А. Древние города Подмосковья. М., 1974. 

МОЖАЙСК

На Москве-реке, в 110 км от столицы на запад расположен древний город Можайск. Впервые в летописи он упоминается в 1231 г. До конца XIII в. город принадлежал Смоленскому княжеству, а в 1303 г. вошел в состав Московского княжества как важный укрепленный пункт, контролировавший подходы к Москве и прикрывавший ее с запада.
Можайск не раз отражал нападение врагов, рвавшихся к Москве, и вписал немало славных героических страниц в историю нашей страны.
Из рода московских князей первым князем Можайска был сын героя Куликовской битвы Дмитрия Донского Андрей (1389—1432). Позднее городом управляли наместники из Москвы, а последним можайским князем был Андрей Углицкий (1481—1491). В XIV-XVI вв. город становится крупным ремесленно-торговым центром.
На очень высоком холме, господствующем над хорошо просматриваемой окружающей местностью, был расположен древний кремль Можайска с насыпными валами и деревянными укреплениями. Древние земляные валы хорошо сохранились до сих пор и дают представление о размерах старого укрепленного ядра города. Этот холм сначала был обособлен и окружен глубоким рвом, а потом узкой земляной насыпью соединен с выросшим городом.

Деревянные стены и башни Можайска существовали с самого основания города; известно, что в XVI в. деревянная крепость ремонтировалась.
Но в описи 1596—1598 гг. отмечается, что деревянные стены (имевшие окружность около 650 м) и башни можайского кремля окончательно пришли в ветхость. Сохранились лишь названия башен: Никольская проездная башня с церковью, башня Кухня, Косая Стрельня, Петровская (с воротами), полубашенье Сурино-колено, Глухая, Красная и др. Перед главными Никольскими воротами через ров (где позднее была сделана насыпь, соединившая разросшийся город с холмом) имелся широкий и длинный мост со стороны посада.
В 1626—1633 гг. можайским воеводой был герой народного ополчения, освободившего Москву от интервентов, Д. М. Пожарский; в 1624—1626 гг. строятся каменные стены и башни можайского кремля.
В настоящее время не сохранилось и следов этих каменных стен и башен; лишь необычно высокий величественный земляной кремль свидетельствует о прошлом неприступной крепости.

В кремле в XVI в. стоял деревянный Никольский собор, а в конце века упоминается каменная Воздвиженская церковь. О дальнейшем каменном строительстве кремля источники молчат. Сохранились только два храма, выстроенные в можайском кремле уже в XIX в. с использованием частей древних храмов.
Сторожевой город Можайск имел в древности своеобразный охранный символ — деревянную статую Николы высотой почти в рост человека, выполненную в XIV в., которая находилась в древнем Никольском храме. «Никола Можайский» изображен стоящим, в его правой руке — поднятый меч, а в левой он держит условное изображение охраняемого города, окруженного зубчатой крепостной стеной. Деревянная статуя находится сейчас в Государственной Третьяковской галерее и является редчайшим образцом объемной скульптуры XIV в. Эта древняя статуя вызывала многочисленные подражания в XVII и XVIII вв. и имеет свою интересную историю. Она, по преданиям, была изображена на монетах, выпущенных при князе Андрее, сыне Дмитрия Донского. Очень возможно, что редкая на Руси скульптура была предметом гордости горожан, почиталась в древнем Можайске, находилась на главных крепостных воротах кремля как охранитель города.

Вблизи кремля, на Якиманской улице, находится один из интереснейших в Можайске памятников архитектуры — Якиманская (Иоакима и Анны) церковь. В далеком прошлом здесь находился Якиманский монастырь, письменные упоминания о котором относятся еще к 1596—1598 гг., когда он уже имел каменную церковь. Позднее, в XVII в., монастырь потерял свою самостоятельность, а в 1735 г. он уже числится как приходская церковь. Окружавшая монастырь слободка вошла к этому времени в черту городской застройки.
Якиманская церковь полна загадок, содержит исторически сложившиеся наслоения, в результате которых возникло своеобразное сооружение, исполненное в дошедшем до нас виде, безусловно, одаренным зодчим. Основу храма составляет почти правильный кубический объем, покрытый четырехскатной кровлей, стены которого выложены из кирпича и белого камня. Центральные части боковых фасадов церкви завершают окна — люкарны с характерными для стиля барокко деталями. Над кровлей виден крупный завершенный куполом барабан, который поставлен на своеобразный постамент. Барабан прорезают четыре крупных арочных проема, в которых размещались колокола. 

С целью создания традиционного пятиглавия выложены четыре декоративные тумбы. С восточной стороны к основному кубу храма примыкает несколько необычная для русского зодчества крупная, почти во всю ширину восточной стены, полукруглая апсида. Детали храма носят смешанный стилевой характер: имеются детали, выполненные, как уже упоминалось, в стиле барокко (наличники окон апсиды, детали люкарн и четырех тумб), а также детали в стиле псевдоготики XVIII в. (убранство основания барабана, тумб «пятиглавия»).
Необычностью композиции не исчерпываются странности этого сооружения. Известно, что храм выложен с использованием частей более древнего, белокаменного храма: северная и западная стены имеют большие участки белокаменной кладки, а южная сохранилась на высоту до верхнего окна как стена храма XIV в.*, включенную в новую постройку XVIII в. как ее часть. Эта стена выложена из прекрасно подогнанных один к другому блоков белого камня и имеет по центру дверной проем, превращенный в окно. Самое любопытное можно увидеть, войдя внутрь храма: при перестройке XVIII в. южная стена поменяла свои фасады — современный наружный ее фасад в первоначальном белокаменном храме XIV в. был обращен в сторону интерьера и, наоборот, наружный фасад древнего храма оказался внутри современной Якиманской церкви.

Древняя стена сохранила в интерьере Якиманского храма детали наружных фасадов сооружений XIV в. — две плоские пилястры-лопатки, членящие фасад на три части, а также портал с приставными колонками и килевидным завершением, который обрамляет вход, превращенный ныне в окно. С наружной стороны южная стена сохранила детали, свойственные интерьеру, например, в ее восточной части имеется глубокая ниша — «печура», служившая местом хранения церковной утвари. Части белокаменного храма XIV в. Якиманской церкви, вероятно, есть самое древнее, что дошло до нашего времени от древнейшего зодчества Можайска.
Удивителен Якиманский храм — его монолитный куб с массивным крупным объемом апсиды несет черты стиля барокко, проступающие в сочной пластике объемов и деталях, а также классицизма, выраженные, например, в характерном завершении храма крупным барабаном с куполом. Талант мастера придал замечательные пропорции общей композиции храма, полной индивидуальности и своеобразия.
На высоком прибрежном холме, возвышающемся над низменной поймой Москвы-реки, на окраине Можайска раскинулся Лужецкий монастырь, основанный еще в 1408 г. монахом Ферапонтом, с именем которого связано также основание знаменитого Ферапонтова монастыря на севере нашей страны — в Белозерье.* Н. Н. Воронин. «Зодчество северо-восточной Руси XII-XV вв.», т. II. Изд. АН СССР, 1961.

Древний собор Лужецкого монастыря построен в первой половине XVI в. Крупный пятиглавый храм выстроен в традициях соборных сооружений, имеет четыре круглых внутренних столба, несущих сводчатое перекрытие и световые барабаны глав. Это древнее сооружение производит сильное впечатление своей величественностью и стройностью. Значительные обновления и перестройки получила древняя трапезная, постройка которой относится к 1577 г., а также надвратная церковь (предположительно конец XVI в.). В 1673 г. в монастыре выстроена колокольня, замечательная по своим деталям и общей композиции — типичное сооружение своего времени. В 1681—1692 гг. в монастыре продолжалось широкое строительство, возводились каменные здания келий, также не избежавшие позднейших искажений, строилась каменная ограда с небольшими угловыми башнями, покрытыми деревянными шатрами.
Новый Никольский собор в можайском кремле начал строиться в 1802 г., но постройка его затянулась и была завершена лишь 12 лет спустя, в 1814 г. Никольский собор — сооружение XIX в., редкое по красоте расположения и живописности среди не только подмосковных, но и всех русских городов. Выстроенное в романтическом стиле псевдоготики неизвестным зодчим здание собора запоминается необычным своим видом, красочной декоративностью.

Никольский собор поставлен в можайском кремле очень удачно (на самой верхней точке высокого холма) и виден издалека, со многих точек города. Наиболее эффектный вид на собор открывается при подъезде к Можайску с запада: задолго до того, как станет виден город, уже виднеется высокая каменная колокольня собора. Никольский собор — крупное и сложное по объемному построению сооружение, при возведении которого так же, как и в Якиманской церкви, были использованы части более древнего храма. Это послужило одной из причин усложнения плана двухпрестольного храма, каким является Никольский собор. Известно, что в состав северной части собора вошел находившийся на том месте древний храм с двумя столбами и главой с кокошниками, сохранившимися до сих пор (предполагается, что то был храм, построенный в 1684 г.). С западной стороны к основному сложному в плане объему собора, как бы заключающему в себе два храма, примыкает высокая многоярусная колокольня.
Никольский собор, интереснейший в Подмосковье, производит впечатление сооружения стиля русской псевдоготики, но в трактовке архитектурных объемов, в их усложненной пластической характеристике, а также в характере резных белокаменных деталей, щедро расположенных зодчим на фасадах этого удивительного храма, чувствуются отзвуки стиля барокко.

Зодчий четко выражает на фасадах здания собора два яруса-этажа: первый, «подклетный» этаж и высокий основной парадно трактованный второй этаж, имеющий огромные высокие окна, перекрытые двойными арочными перемычками с декоративными лучковыми завершениями наличников и тремя резными белокаменными пирамидками. Тонкие спаренные колонки из белого камня расположены на высоких (до уровня второго этажа) белокаменных тумбах, «обходят» все фасады здания кругом, расчленяя их на отдельные участки; они то подчеркивают многочисленные выступы и раскреповки фасадов, то выделяют круглящиеся апсиды восточного фасада собора.
В Никольском соборе мало излюбленных в сооружениях псевдоготики XVIII-XIX вв. стрельчатых арочных мотивов деталей убранства, здесь они, как правило, «смягчены»: глаз повсюду встречает плавные округлые кривые, более свойственные деталям убранства русских построек конца XVII — начала XVIII вв.
Любовь зодчего, строившего Никольский собор, к пластике архитектурного объема очевидна: мало найдется участков фасада, где стены прямолинейны, они всюду раскреповываются, перебиваются уступами, а наиболее эффектно выглядит восточная стена; она состоит из многих полукружий — волнистая и изящная в членениях, насыщенная светом и тенью, она обращена в сторону входа в кремль со стороны города.

Над стенами, выше венчающего карниза здания, возвышаются многочисленные декоративные башенки с тонкими резными белокаменными колонками и фигурными завершениями. Четыре более крупные своеобразные беседки-бельведера совместно с невысоким барабаном, покрытым низким куполом, образуют пятиглавие.
Отличительной особенностью Никольского собора можно считать сильные черты светскости его архитектуры. Это впечатление создают: развитой венчающий карниз, отсутствие обычных для храма закомар или кокошников и обязательных для храма глав (они заменены здесь изящными воздушными беседками, придающими ему дворцовый вид). Колокольня собора завершена тонким и высоким шпилем, она богато декорирована белокаменными деталями и отличается спокойной уравновешенностью архитектурных масс, легкими ярусами, устремляющихся вверх. Вертикальные декоративные элементы — белокаменные колонны — придают ярусам колокольни, всему зданию собора большую легкость, подчеркивают стройность композиции.
Зодчий Никольского собора нашел в сочетании мотивов русской архитектуры конца XVII в. и романтичного стиля псевдоготики XIX в.- свое индивидуальное понимание прекрасного в архитектуре, воплотив этот свой замысел в красочных и живописных архитектурных формах.

Рядом с Никольским собором с восточной стороны находится Петропавловский собор, построенный в 1849 г. на месте собора, рухнувшего в 1844 г. В композиции Петропавловского собора продолжается цепь загадок, типичных для старинных построек Можайска. Подобно Якиманской церкви и Никольскому собору, последний по времени Петропавловский собор тоже выстроен с использованием частей старого храма, а в композиции собора сделана не совсем удачная попытка сохранить особенности архитектуры древнего храма.
Кубический объем Петропавловского собора имеет с востока. три более низкие апсиды и увенчан одной главой; фасады его расчленены пилястрами на три части, завершенные декоративными изображениями килевидных закомар, и снабжены белокаменным поясом, опоясывающим здание кругом. Портал входа копирует древнюю форму обрамлений с килевидным завершением. Создается впечатление, что все эти элементы композиции собраны здесь воедино с целью сохранить в новом здании черты облика исчезнувшего древнего храма, стоявшего на этом месте. 

Отмеченные особенности характерны для храмов конца XIV — начала XV в. и позволяют исследователям предполагать, что собор, который рухнул, можно отнести именно к этому периоду.
Необходимо отметить, что этот собор в отличие от примечательного в замысле и деталях Никольского собора, выделяется несовершенством замысла и слабостью исполнения, не совсем грамотной, а иногда и наивной трактовкой деталей русского зодчества XVI в., эклектическим сочетанием их с приемами архитектуры XIX в. Убранство Петропавловского собора отличается излишней сухостью, свойственной периоду упадка мастерства в архитектуре второй половины XIX в.
Можайский кремль — один из немногих мест города, которого не коснулась реконструкция. Кипучая жизнь современного Можайска проходит за пределами древних земляных валов этого небольшого укрепления. С кручи земляного кремля далеко видны просторы русской земли, которую на протяжении веков охранял город-воин Можайск. Кремль и его храмы — хранители истории города — удивительно живописны, они запоминаются и навсегда остаются в памяти как интереснейшая архитектурная достопримечательность Можайска.




icon-car.pngFullscreen-Logo
Соборный комплекс в Можайске. Ново-Никольский собор

Карта загружается. Пожалуйста, подождите.

Соборный комплекс в Можайске. Ново-Никольский собор 55.509145, 36.010469 Соборный комплекс в Можайске

Рубрика: Можайский район

Ваш вклад в развитие проекта:

Другие усадьбы в данном районе: