Памятники Архитектуры Подмосковья

Усадьба Воронино

Усадьба ВорониноУсадьба Воронино (Россия, Ленинградская область, Ломоносовский район, д. Воронино)

В деревне Воронино сохранились постройки скромной усадьбы. Их не приходится долго искать — дорога сама приводит к бывшему дворянскому гнезду. Когда то дом стоял в тени старого парка, а теперь оказался на краю обширного поля, заросшего бурьяном и борщевиком. От былой ухоженности нет и следа: дом брошен, службы превратились в руины, но все же место примечательное. Воронино описала в своей книге «Сто дворянских усадеб Санкт-Петербургской губернии» искусствовед Нонна Мурашова: «Полноценную барскую усадьбу на 52 десятинах сформировали в 1830-е годы Ельпидифор Парфентьевич Енгалычев (1802—1853) и Мария Ивановна, урожд. Неплюева, (ум. в 1871 г.) на месте вотчинной конторы графов Шереметевых у деревни Ворониной.
В 1712 году Петр I пожаловал из ингерманландских земель мызы Вороницкую и Высоцкую общей площадью 10617 десятин Алексею Михайловичу Черкасскому. Он заселил крестьянами одиннадцать деревень, выстроил две хозяйственные мызы с фруктовыми садами. 





Эта вотчина отошла в приданое дочери Варваре Алексеевне (1711— 1767), вышедшей замуж за графа Петра Борисовича Шереметева (1713—1788). Копорские земли, как и прочие, наследовал сначала его сын Николай Петрович, потом — внук Дмитрий Николаевич. Имея представительные родовые усадьбы в Подмосковье (Марково, Мещерино, Осташково, Троицкое-Шереметево, Чиркино – прим. Н.Б.), они не нуждались в новых и рассматривали петербургское поместье лишь как источник дохода. Управление находилось в мызе Ворониной (Воронецкой, Воронежской), где стояли деревянные хоромы приказчика, конюшни, амбары, погреба, а на реке Воронке — мельница.
Енгалычевы, приобретя имение в 1834 году и оценив удачное местоположение, выбранное для вотчинной конторы, снесли все эти строения, а для своей усадьбы использовали не только высокое плато, но и спуск к реке Воронке. В центре они поставили каменный, двухэтажный дом непритязательной архитектуры, по бокам, под углом к нему, — каменные службы. Перед ними оставили большую поляну, в центре которой высадили дуб со стволами, разделенными в виде букета. Со временем он разросся и, как было задумано, раскидистое, с причудливыми очертаниями стволов и кроны одинокое дерево стало особенно привлекательным. Этот эффектный прием, давно известный в садово-парковом искусстве, не часто можно встретить в помещичьих северных усадьбах. Открытую изумрудно-зеленую летом и белоснежную зимой поляну окаймляли на западе липы, вязы, клены, ясени, высаженные далее до края плато, откуда начинался спуск к реке Воронке. Здесь устроили террасы, на одной из которых выкопали пруд, собиравший родниковые воды. Их избыток стекал водотоком в реку, где поставили новую мельницу.


Фруктовый сад, расположенный к югу от строений, был разбит прямыми березовыми аллеями на прямоугольники. Он тянулся до оврага, отделявшего усадьбу от деревни Ворониной. В парке стояли каменные оранжереи, а неподалеку от них Мария Ивановна выстроила часовню св. Николая Чудотворца, очевидно, в память об умершем муже. Усадьба, обнесенная невысоким каменным валом на севере и востоке, ограниченная речкой на западе и оврагом на юге, была предназначена только для привольной жизни. Хозяйственный двор находился за пределами усадьбы в полумызке Лопатинском, соединенным с барским домом дорогой. Здесь выстроили все необходимые в помещичьем быту заведения: скотный двор, конюшни, ледники, амбары, птичники, молочню, водогрейню и пр., вблизи дома поставили только конюшни для выездных лошадей с экипажным отделением. В основе планировки усадьбы были целесообразность и удобство. Из усадьбы, расположенной на высоком уступе, открывались далекие перспективы на лесистые холмы, был виден Финский залив.
Еще при жизни Мария Ивановна оформила дарственную на имение младшему сыну подполковнику Еммануилу Ельпидифоровичу, который сразу после смерти матери продал его. Следующие владельцы только пользовались усадьбой, ничего в ней не меняя. Незадолго до революции в документах отмечалось хорошее состояние каменных строений, парка, фруктового сада и огорода.
Время пощадило усадьбу — сохранились господский дом, службы, конюшни, оранжереи, парковая растительность. Особенно привлекателен дуб-солитер с причудливой кроной, привольно растущий на лугу» — Н. Мурашова «Сто дворянских усадеб Санкт-Петербургской губернии».

Литература:
Н. Мурашова. Сто дворянских усадеб Санкт-Петербургской губернии, Спб., 2005, с. 64-67


Графиня ВАРВАРА ПЕТРОВНА РАЗУМОВСКАЯГрафиня ВАРВАРА ПЕТРОВНА РАЗУМОВСКАЯ, 1750 — 1824, вторая дочь генерал-аншефа, графа Петра Борисовича Шереметева (р. 1715 г., ум. 1788 г.) от брака с княжной Варварой Алексеевной Черкасской, родилась 2 Января 1750 года. Недурная собою, но робкая и застенчивая и ума недалекого, она, после смерти в 1768 г. своей старшей сестры, графини Анны Петровны, сделалась богатейшею в Poccии невестою. Скоро ее сосватали за графа Алексея Кирилловича Разумовского (р. 1748 г., ум. 1822 г.), но сватовство шло довольно вяло, так как жених не чувствовал особенной склонности к своей нареченной. Свадьба состоялась, наконец, 25 Февраля 1774 г. Она была отпразднована с большою пышностью в Москве, где молодые и поселились, лишь изредка приезжая в Петербург ко Двору. За первые десять лет супружеской жизни графиня Разумовская сделалась матерью четырех детей: двух сыновей, Петра и Кирилла, и двух дочерей, Варвары (впоследствии княгиня Репнина-Волконская) и Екатерины (замужем за графом С.С. Уваровым). Граф А. К. Разумовский, будущий министр народного просвещения, человек европейски образованный, почитатель Вольтера, характера был черствого и сухого, вспыльчивого и деспотического нрава. Ему скоро надоела его «простая, бесхарактерная и кое-как воспитанная» жена, как своею набожностью и суевериями, так и своей полнейшей беспомощностью. Она же до такой степени сделалась его рабою, что, когда, около 1784 г., вскоре после рождения младшего сына, Кирилла, он приказал ей выехать из его дома, она, несмотря на любовь свою к детям, не подумала даже о сопротивлении и безропотно оставила свою семью. Купив место в Москве, на углу Маросейки и Лубянской площади, она выстроила себе там дом, в котором и жила одна, не видясь более с мужем, и только впоследствии переписываясь с ним о детях и делах. Но детей своих, особенно же нежно ее любивших дочерей, она видела часто и участвовала в расходах на их воспитание, обязавшись, при изгнании своем из дома мужа, уплачивать ему ежегодно на этот предмет 10000 рублей. Также она оделяла их и при поступлении сыновей на службу, и при выходе дочерей в замужество. Но в своем уединении на Маросейке, отказавшись совершенно от светских знакомств, она окружила себя бесчисленным числом разных воспитанниц, бедных дворянок, барских барынь, шутов, приживалок и приживальщиков, и скоро вся эта челядь вполне ею овладела. После смерти в 1809 г. брата, графа Николая Петровича Шереметева, занимавшегося её делами, единственного человека, которому она доверяла, эта несчастная и одинокая женщина совершенно подпала под власть прислуги. Рассказывали, что в последние годы своей жизни она не могла даже выехать на прогулку, так как, когда она приказывала заложить экипаж, изленившиеся кучера отказывались, говоря что он сломан. Управление её громадным состоянием перешло в руки вольноотпущенного лакея её, Ивана Сырова, который немилосердно ее обирал, заставляя расписываться в каждом расходе, чтобы оградить себя в будущем. Обширный её дом, душный, натопленный, как баня, и никогда не проветриваемый, был полон драгоценностей, мебели и предметов роскоши, доставшихся ей от отца. Пережив мужа двумя годами, графиня Варвара Петровна не только ему простила все свои огорчения, но, по доброте своей, горько его оплакивала. Когда сама она была уже при смерти, окружавшая ее челядь никого к ней не допускала и не известила о её болезни детей, отсутствовавших в то время в Москве. Сыровым составлено было духовное завещание, по которому дом на Маросейке, все наличные деньги и драгоценности, вообще все благоприобретённое имущество, она оставляла ему; не были забыты и другие приживальщики. Это завещание было поднесено Сыровым к подписанию умирающей и уже терявшей сознание графине, и подпись её была засвидетельствована её духовником и известным доктором Мухиным, получившими по тому же завещанию—первый каменный дом, а второй—50.000 рублей.
Графиня В. П. Разумовская скончалась 27 Мая 1824 г. и похоронена в Московском Новоспасском монастыре, рядом с отцом своим и дедом, великим канцлером князем А. М. Черкасским.  


icon-car.pngFullscreen-Logo
Усадьба Воронино

Карта загружается. Пожалуйста, подождите.

Усадьба Воронино 59.752996, 29.271473 Мальский монастырь

Рубрика: Ленинградская область

Ваш вклад в развитие проекта:

Другие усадьбы в данном районе: