Памятники Архитектуры Подмосковья

Усадьба Спасское


Усадьба Спасское (Россия, Московская область, Воскресенский район, Спасское). Скоро будет недоступна, т.к. передана в аренду. 

От Воскресенска на север через Федотово шоссе идёт вдоль Москвы-реки. Всего несколько километров, и к бывшему имению Спасское вправо ответвляется неприметная дорога — аллея. С одной стороны — бетонный забор бывшего пионерлагеря, на его территории и расположен господский дом, с другой — хозяйственный комплекс, занятый под жильё персоналом ныне заброшенной детской здравницы. 
Имение Спасское, что под Воскресенском, как-то особенно печально. Еще отчетливы здесь следы недавнего, советского, прошлого, диссонировавшего с поруганной стариной, но все же укоренившегося удивительным образом. В усадьбе располагался пионерский лагерь. Ржавые флагштоки, скульптуры юных ленинцев и другие атрибуты пионерского детства заботливо сохраняются и оберегаются, видимо, в надежде, что все будет как раньше. Следует отметить великолепное расположение Спасского, оно вытянулось вдоль высокого берега Москвы-реки, оттененного сосновым бором.





Поблизости была деревянная дача «Дубки» княжны М.А. Ливен, сгоревшая в 2000-м г., южнее – пышное некогда Кривякино и Федино Ахлестышевых. В заречье, чуть выше пойменных лугов, расположилось Константиново с беленой и изящной церковкой, а в двух километрах от него – Петровское с двумя Ильинскими храмами, один из которых (XVIII в.) давно обветшал и превратился в груду трухлявых бревен на погосте. Все это разбросанно по тенистым дубравам и открытым равнинам – обломки былого, вечного и, как казалось, нетленного искусства.
Усадьбой Спасское последовательно владели: с середины XVIII в. генерал-аншеф М.А. Толстой и его потомки; с конца XVIII столетия – помещик М.П. Смирнов с наследниками; с 1871 г. граф В.П. Орлов-Давыдов и его сын; с конца XIX столетия и до Октябрьской революции 1917 г. – княгиня А.П. Ливен (урожденная Васильчикова).
Унылое запустение встречает вас сразу за воротами. Там, где раньше слышался задорный детский смех, звуки горна на утренних побудках и торжественных линейках, теперь царит мертвая тишина, нарушаемая пением птиц и шелестом размашистых крон деревьев, волнуемых порывистыми речными ветрами. Деревья аллеи, ведущей мимо дома к флигелю, так тесно соприкасаются ветвями между собой, что образовали причудливый зеленый коридор, почти лишенный солнечного света. Из-за постоянного переувлажнения асфальтированное полотно покрылось тонким слоем мха – своеобразным бархатным сукном. Как давно здесь не ступала нога человека! 
Дом окружили кустарники, в лучшие времена заботливо подстриженные, а теперь превратившиеся в дикие заросли, заслоняющие густой опушкой из гибких ветвей порядком обветшавшие фасады дворца, стилизованного под французское Возрождение.


Фото Александра Сахарова 07.05.2017. На снимках видны результаты «реставрации», осуществляемой казанской фирмой ASG. Полное отсутствие охраны и рабочих, да и от памятника культурного наследия осталось немного... Вся эта грандиозная компания по возрождения подмосковных усадеб обернется очередным новоделом...

В книге «Памятники архитектуры Московской области» читаем: «Усадебный дом построен в 1827 г. по проекту арх. Р.А. Гедике на месте предыдущего. Двухэтажный, деревянный и оштукатуренный, он крытыми переходами соединялся с боковыми крыльями. Рустованные фасады, обработанные креповками, нишами, пилястрами, завершались фигурными парапетами с декоративными вазами. Центральный корпус, сгоревший в 1961 г., заменен одноэтажным кирпичным объемом, не гармонирующим с оставшейся частью здания».
Перед домом, за огромным курдонёром округлой формы, находятся «Змеиные ворота», сложенные из дикого камня. Включенные в среднюю, повышенную, часть земляного вала, они являются интересным сооружением эпохи романтизма. Венчавшая их деревянная беседка давно утрачена, но ржавая табличка по-прежнему гласит, что памятник архитектуры охраняется государством. Вокруг все буйно зарастает молодой порослью из сирени и клена, юные побеги в стремлении жить пробиваются даже через каменную кладку.
Разветвленный хозяйственный комплекс XVIII – начала XX столетия сооружен из кирпича с применением колотого известняка. В состав «сельской фермы» входили: конный и скотный дворы, просторный манеж, оранжерея, в которой выращивались ананасы и орхидеи, и прочие служебные постройки. В сохранившихся корпусах, приспособленных под жилье, до сих пор проживают сотрудники ликвидированной здравницы.
Парк, по обыкновению, делится на регулярный и пейзажный и тянется вдоль берегового склона в соответствии с композицией усадьбы. От регулярного массива еще целы липовые аллеи, зарастающие подседом. Обширный английский парк, с замкнутыми «зелеными кабинетами» и открытыми солнцу лужайками, с кустовыми посадками деревьев и отдельно стоящими лиственницами и дубами, плавно перетекает в естественный лес, и грань между ними все более стирается. Ландшафты украшали беседки и мостики, переброшенные через рвы там, где «надобность столько же, сколько и красота, определила им место». Последний раз упомянутые в документах в 1975 г., сегодня они исчезли безвозвратно.
В 1851 г. в Спасском у хозяйки имения А.О. Смирновой-Россет гостил Н.В. Гоголь. Весьма образованная женщина, красавица, она будто притягивала даровитых людей, в ее московских и петербургских салонах бывали многие видные деятели русской культуры. 
В 1908 г. в усадьбе снимали дачу актер В.И. Качалов и художник К.К. Коровин, увлеченно писавший местные пейзажи.
Ныне пустующая усадьба ждет перемен. Увидим ли мы ее возрожденной, или станем свидетелями гибели еще одного «дворянского гнезда» – покажет время.

Наталья Бондарева для книжного проекта «Русская усадьба. Из истории культурного наследия Подмосковья» М., 2007

  • Главный дом
  • «Змеиные ворота»
  • Хозяйственный комплекс
  • Парк

Усадьба Спасское

История некоторых подмосковных усадеб хранит и имя Николая Васильевича Гоголя. Летом 1851 г. он побывал в усадьбе Спасское, расположенной на берегу Москвы-реки. Эта усадьба принадлежала приятелю А. С. Пушкина — крупному чиновнику Н. М. Смирнову. Он был женат на бывшей фрейлине Александре Осиповне Россет, большом друге Гоголя. Связанная близкими отношениями с крупнейшими писателями своего времени, Смирнова оставила заметный след в русской литературе. Ей посвящали стихи А. С. Пушкин, В. А. Жуковский, П. А. Вяземский, В. И. Туманский, А. С. Хомяков. Современников привлекала природная острота ума А. О. Смирновой, живость ее беседы, любовь к поэзии.

Без вас — хочу сказать вам много,
При вас — я слушать вас хочу,—

писал ей М. Ю. Лермонтов. Встретившийся со Смирновой в середине 1840-х годов С. Т. Аксаков дал ей такую характеристику: «Я не нашел в ней женщины; это был мужчина... очень умный, смело обо всем говорящий, но легкий, холодный».
Во второй половине 1840-х годов Смирнова много болеет, часто находится в подавленном состоянии. Она особенно дружит с Гоголем, прибегает к его советам и во многом находится под его влиянием. С. Т. Аксаков в своих воспоминаниях о Гоголе причислил ее к тем лицам, которые «сделали из него нечто вроде духовника своего, вскружили ему голову восторженными похвалами и уверениями». Смирнова оказала влияние на развитие его духовной драмы, углубление его идейного кризиса.

Гоголь и ранее постоянно бывал у Смирновой в ее петербургском литературном салоне, читал свои произведения. В 1849 г. он навещал ее в Калуге, где муж Смирновой был губернатором. В конце июня 1851 г. Гоголь посетил ее в Спасском.
«В одно утро, — рассказывает брат Смирновой Л. И. Арнольди, — Гоголь явился ко мне с предложением ехать недели на три в деревню к сестре... Подмосковная деревня, в которой мы поселились... очень понравилась Гоголю. Все время, которое он там прожил, он был необыкновенно бодр, здоров и доволен. 

Дом прекрасной архитектуры, построенный по планам Гр. Растрелли, расположен на горе; два флигеля того же вкуса соединяются с домом галереями, с цветами и деревьями; посреди дома круглая зала с обширным балконом, окруженным легкою колоннадой. Направо от дома стриженый французский сад с беседками, фруктовыми деревьями, грунтовыми сараями и оранжереями; налево английский парк с ручьями, гротами, мостиками, развалинами и густою прохладною тенью. Перед домом, через террасу, уставленную померанцами и лимонами, и мраморными статуями, ровный скат, покрытый ярко свежею зеленью, и внизу — Москва-река, с белою купальнею и большим красивым паромом... Гоголь жил подле меня во флигеле».

Тишина старой усадьбы, прихотливые уголки векового парка, сменяющиеся привольными, не тронутыми человеком лесами, широкие дали Москвы-реки — все это располагало Гоголя к творческой сосредоточенности, к спокойному, углубленному труду. «По утрам я заставала его за работой, — сообщала Смирнова В. А. Жуковскому, — он, казалось, торопился окончанием второго тома «Мертвых душ». К сожалению, она не оставила подробных воспоминаний о времени, проведенном Гоголем в Спасском. Но все же ее скупые, почти конспективные записи дают представление о распорядке дня писателя: «Гоголю две комнатки во флигеле, окнами в сад. 

В одной он спал, а в другой работал... вставал часов в 5... Шел прямо в сад... Возвращался к 8 часам, тогда подавали кофе. Потом занимался, а в 10 или в 11 ч. он приходил ко мне или я к нему... после обеда ездили кататься. Он просил, чтобы поехали в сосновую или еловую рощу. Он любил после гулянья бродить по берегам Москвы-реки, заходил в купальню и купался... любил смотреть, как загоняли скот домой. Это напоминает Малороссию. Село Константиново за рекою Москвой. Любил ходить на Марштино, версты 2...»

Современники вспоминают, что этим летом Гоголем было уже написано семь глав второго тома «Мертвых душ», но «он читал их, можно сказать, наизусть по написанной канве, содержа окончательную отделку в голове своей». Очевидно, Гоголь желал проверить свой труд на слушателях и в Спасском. Но, измученная тяжкими недомоганиями, Смирнова была мало восприимчива.
Л. И. Арнольди рассказывает, как, стремясь «рассеять ее, Гоголь сам предложил прочесть окончание второго тома «Мертвых душ», но она сказала, что ей «теперь не до чтения». Вскоре обострение болезни вынудило Смирнову уехать в Москву. Покинули Спасское и Н. В. Гоголь с Л. И. Арнольди.

Уместно отметить, что и Н. В. Гоголь пытался запечатлеть в своем творчестве образ Смирновой. Она послужила ему прототипом одной из героинь не дошедшей до нас главы второго тома «Мертвых душ». Гостя у Смирновой в Калуге, писатель знакомил ее с отдельными главами. «Она рассказывала мне после, — сообщает Л. И. Арнольди, — что удивительно хорошо отделано было одно лицо в одной из глав; это лицо — эмансипированная женщина-красавица, избалованная светом, кокетка, проведшая свою молодость в столице, при дворе и за границей. Судьба привела ее в провинцию; ей уже за тридцать пять лет, она начинает это чувствовать, ей скучно, жизнь ей в тягость».

Литература:
С. Веселовский, В. Снегирев, Б. Земенков Подмосковье. Памятные места в истории русской культуры XIV-XIX вв. М., 1962 с. 440-442


АЛЕКСАНДРА ОСИПОВНА СМИРНОВА (РОССЕТ), 1809 — 1882, дочь француза, Одесского коменданта Осипа Ивановича Россета (ум. 1814 г.), женатого на Надежде Ивановне Лорер (во 2-м браке за генералом Арнольди), по матери происходила от кн. Цициановых; «сирена-очаровательница», «дева-роза», А.О. Россет, по окончании курса в Екатерининском институте с шифром, сделалась любимой фрейлиной Императрицы Александры Федоровны; блистая при дворе, она пользовалась расположением Государя Николая I, а Великий Князь Михаил Павлович любил непринужденно беседовать с умной красавицей, забавлявшей его, большого любителя каламбуров, своей живой речью и блестками тонкого остроумия. Институтское воспитание не наложило на нее следов сентиментализма; природный ум и дарования дали ей возможность найти интересы в области литературы, искусства и музыки; попав в кружок писателей и поэтов, она сблизилась с Жуковским, Вяземским и особенно с Пушкиным, позднее её друзьями и поклонниками были Гоголь, И. Аксаков, Ю. Самарин, все люди самых различных направлений, оттенков и характеров. Тайна влияния её на всех этих людей заключалась, однако, не в её красоте, а в уме, в её широком образовании и обширной начитанности. Она вела деятельную переписку со своими литературными друзьями и делалась их незаметной и неизменной советчицей; надо было иметь её особенное уменье приспособиться и войти в интересы каждого из столь разнообразных 
корреспондентов, чтобы быть в состоянии влиять на пылкого И. С. Аксакова, делить религиозно-мистические искания больного Гоголя, или своими отвлеченными рассуждениями заинтересовать сильный философский ум такого холодного человека, как Самарин; увлекавшийся её красотой Хомяков сравнивал её душу с «дымом молитвенных кадил и писал: «О дева-роза, для чего || Мне грудь волнуешь ты»... В 1831 г. Россет вышла замуж за Н. М. Смирнова (р. 16 Мая 1807 г., ум. 4 Марта 1870 г.), позднее Калужского и Петербургского губернатора и сенатора, в то время молодого дипломата-англомана. В «салоне» Смирновой собиралось избранное общество, господствовали умственные и культурные интересы, одно направление сменяло другое,—тут собирались и славянофилы, и позднее деятели по освобождению крестьян...
Смирнова вела с юных лет дневник, в котором особенно любопытны места, характеризующие Николая I в его отношениях к Пушкину, её сношения с поэтом и подробно записанные целые разговоры и сцены... Но записки эти не отличаются беспристрастием, почему ими можно пользоваться только с большой осторожностью; к тому же oни редактированы уже после её смерти, последовавшей 7 июля 1882 г. в Париже; похоронена она в Москве, в Донском монастыре.
«Не высокого роста брюнетка, с чудными глазами, очень черными, которые то становились задумчивыми, то вспыхивали огнем, то смотрели серьёзно, почти сурово», Смирнова «смущала своими глазами, своим прямым, проницательным взглядом; у неё были очаровательные черные, со стальным оттенком, волосы, у ней было классическое сложение статуи, классический профиль, лебединые движения»... Полу-француженка по отцу, по словам князя Барятинского, она «имела в себе черты лучшей грузинской крови». Юлия Строганова (рожд. д’Альмеда) написала такой её «портрет»: «Хорошенькая ли она? Не знаю; трудно анализировать это шаловливое личико, полное ума... Миловидная, изящная, грациозная и пикантная: улыбается — ею восторгаются, улыбается — подпадают её очарованию; каждое её замечание носит вид легкой эпиграммы, она восприимчива и потому иногда не ровна; её воображение — калейдоскоп; она вкладывает ум во все, даже в самые банальные вещи»...
Но лучше всего характеризовал Смирнову Пушкин, неоднократно воспевавший ее, «придворных витязей грозу», и «её черкесские глаза, вписавший ей в «альбом»:

«В тревоге пестрой и бесплодной
Большого света и двора
Я сохранила взор холодный,
Простое сердце, ум свободный 
И правды голос благородный, 
И как дитя была добра. 
Смеялась над толпою вздорной, 
Судила здраво и светло»...

(А.О. Смирнова в маскарадном костюме. С картины Ф.-К. Винтергальтера, 1837)

(С акварельного портрета, принадлежащего Е. М. Смирновой, в С.-Петербурге.)


Материалы с сайта Минкульта МО

Еще одна подмосковная усадьба передана в аренду

Победителем аукциона на право льготной аренды усадьбы «Спасское», расположенной в Воскресенском районе, в рамках реализации Губернаторской программы «Усадьбы Подмосковья» стало ЗАО «Торговые ряды «Наримана 40», входящее в инвестиционную группу компаний ASG (г. Казань).

Первоначально интерес к аукциону проявили три участника, однако в ходе подготовки к аукциону двое из потенциальных претендентов решили отказаться от участия в аукционе. Участники мотивировали свой отказ отсутствием достаточных финансовых средств, которые необходимы для восстановления усадебного комплекса. В связи с тем, что единственным участником и победителем аукциона на право льготной аренды усадьбы «Спасское» признано ЗАО «Торговые ряды «Наримана 40», годовая арендная ставка установлена в стартовом размере 360 тысяч рублей. Подписание договора аренды планируется 10 сентября.

Усадьба «Спасское» стала шестым объектом культурного наследия, находящимся в собственности Московской области и переданным инвестору на условиях проведения комплексных реставрационных работ и восстановления исторического облика памятников истории и культуры. Всего же в настоящий момент инвесторам передано восемь подмосковных объектов культурного наследия, включая усадебные комплексы, находящиеся в муниципальной собственности.

Исторические сведения об объекте:

Усадьба основана в середине XVIII века генералом М.А. Толстым и до начала 1780-х гг. принадлежала его наследникам. Сведений о построенных в это время зданиях и сооружениях не сохранилось. Новые владельцы — известная семья Смирновых, среди которых — действительный статский советник, государственный деятель Н.М. Смирнов и его жена А.О. Смирнова-Россет — принимали в усадьбе в 1851 году писателя Н.В. Гоголя, который здесь работал над вторым томом «Мертвых душ».

С 1871 до 1882 года владельцами усадьбы были Орловы-Давыдовы. При них сформировался существующий архитектурный и садово-парковый ансамбль. Проектированием усадебных построек занимался петербургский архитектор Р.А. Гедике.

Последняя владелица Спасского, с конца XIX века до 1917 года — княгиня А.П. Ливен (урожденная Васильчикова).

В 1908 году в Спасском снимали дачи художник К.А. Коровин и артист В.И. Качалов. После революции 1917 года усадьба стала использоваться в качестве санатория, в годы Великой Отечественной войны главный дом был отведен под детский приют для сирот. Большая часть главного дома сгорела в 1961 году. В 1980-90-е гг. комплекс использовался в качестве детского оздоровительного лагеря «Пламя».

В настоящее время в состав усадьбы входят находящиеся в неудовлетворительном состоянии: главный дом (общая площадь 1627 кв. м), служебное здание (флигель) и каменные ворота «Змеиные» — парадный въезд на территорию усадьбы.

Усадебный парк сохранился частично, его парадная (регулярная) и пейзажная части, связанные с главным домом и флигелем, окружены современной оградой. Сохранились липовые аллеи, лиственницы и дубы, элементы ландшафтной архитектуры.

Перечень объектов культурного наследия на территории Московской области, переданных в льготную аренду:

Усадьба купца В.И. Аигина, с. Талицы, Пушкинский район
Усадьба Черкизово, Коломенский район
Усадьба «Пущино-на-Наре», Серпуховский район,
Усадьба «Зенино», Люберецкий район,
Дом управляющего мануфактурой, г. Балашиха,
Усадьба «Тарасково», Каширский район,
Усадьба XVIII века, г. Коломна,
Усадьба «Спасское», Воскресенский район


icon-car.pngFullscreen-Logo
Усадьба Спасское

Карта загружается. Пожалуйста, подождите.

Усадьба Спасское 55.337545, 38.633804 Усадьба Спасское

 

Рубрика: Воскресенский район

Ваш вклад в развитие проекта:

Другие усадьбы в данном районе: